Интересно, что привело Фриса на этот далекий остров? Доктор встал со стула и принялся бродить по комнате. Над высоким книжным шкафом висели фотографии в рамках. Он с удивлением увидел среди них снимок гребной восьмерки кембриджского колледжа, в числе гребцов которой был — хотя узнал он об этом только из надписи внизу: «Г. Н. Фрис» — и их хозяин. На других были группы юношей из Перака в Малайской федерации и Кучинга в Сараваке; в центре сидел Фрис, куда более молодой, чем теперь. Похоже, что, окончив Кембридж, он приехал на Восток в качестве школьного учителя.
Шкаф был забит книгами, покрытыми пятнами плесени и изъеденными термитами; вынимая их одну за другой, доктор стал просматривать их из праздного любопытства. Там были тома в кожаных переплетах, полученные Фрисом в награду за прилежание и блестящие способности водной из не особенно популярных закрытых школ, где он учился до университета. Были там и учебники, по которым он занимался в Кембридже, много романов и несколько томиков стихов; судя по их виду, их читали и перечитывали, но не сейчас, а много лет назад.
Страницы в них были захватаны пальцами, многие строфы и строки отмечены крестиками на полях или подчеркнуты, но от них исходил затхлый запах, словно их не раскрывали уже много лет. Но что больше всего удивило доктора, так это две полки книг, посвященных индуистской религии и философии. Там были переводы «Ригведы»[36] и некоторых Упанишад[37] и изданные в Бомбее и Калькутте книги в мягких обложках со странными для его глаз именами авторов и названиями, говорящими о каких–то мистических учениях.
Довольно необычная коллекция в доме плантатора на Дальнем Востоке, и, стараясь сделать какой–нибудь вывод из тех косвенных сведений, которые они давали, доктор Сондерс снова спросил себя, что все- таки представляет собой Фрис. Он переворачивал страницы книги под названием «Основные принципы индийской философии» некоего Шринивазы Иенгера, когда, тяжело хромая, к нему подошел Фрис.
— Рассматриваете мою библиотеку?
— Да.
Фрис взглянул на объемистый том, который доктор держал в руках.
— Интересная книга. Эти индийцы поразительны: все они прирожденные философы. Рядом с ними наши философы кажутся дешевыми и банальными. Их тонкость непостижима. Плотин[38] — один, кого можно с ними сравнить.
— Фрис поставил книгу обратно на полку. — Разумеется, брахманизм — единственная религия, которую без опасений может исповедовать разумный человек.
Доктор искоса взглянул на него.
