Оказывается так близко ко мне, что чувствую жар его тела.
- Да, у бусинки очень красивое имя. Долго выбирали? – намеренно цепляю Мейера, потому что убеждена: назвала так малышку его жена.
Бывшая. Не удивительно, что даже она не выдержала цербера и сбежала. Странно только, почему дочь бросила. Впрочем, со своими связями и деньгами Артур вполне мог лишить ее прав.
Зверь. Но мне нравится дергать его за усы.
Запрокидываю голову, чтобы нагло посмотреть на него и ухмыльнуться. Но теряюсь, когда мы встречаемся взглядами.
Его лицо прямо над моим. Свободного пространства минимум. Ощущаю его дыхание на коже, слышу, как оно сбивается.
Несмотря на то, что сердце выпрыгивает из груди, я нахожу в себе силы вопросительно изогнуть бровь и дерзко вскинуть подбородок.
Артур мгновенно мрачнеет и выпрямляется.
- Что вы делаете, Лилия? – неожиданно спрашивает.
Непонимающе свожу брови, а он кивает на смартфон в моей руке. На экране открыта вкладка браузера с вакансиями.
- Ищу работу, - возвращаюсь к дисплею.
- Раз уж вы во мне не нуждаетесь…
- Не нуждаюсь, - выпаливает цербер раньше, чем я успеваю закончить фразу.
Вспыхиваю. Как двусмысленно это сейчас прозвучало. Будто я предлагаю себя, а меня не хотят…
- Прекрасно. Значит, пойду работать, - пожимаю плечами.
- Почему не вернетесь к Врагову?
Они с мачехой сговорились, что ли? Все хотят от меня скорее избавиться.
- Не могу пока, хочу с папой побыть, - признаюсь чуть слышно. – Подальше от всего… этого.
Не вовремя вспоминаю свои визиты к врачам.
Приговор. «Рекомендации».
Мозгом понимаю, что с моим переездом на юг проблема не исчезла, но… Морально мне здесь легче. Хоть я ни слова не сказала отцу. Даже когда он заикнулся на днях о моей личной жизни. О внуках, которых «ему пора няньчить». Промолчала.
Уверена, папа заподозрил, что со мной что-то не так. Он с детства меня чувствует. Но не попрекнул, а лишь обнял по-отечески, успокаивая.
Нет, я не готова уехать сейчас. Там меня ждет полное одиночество…
- Подальше от чего? – не отстает цербер.
- Не важно, это личное, - пресекаю его. – У меня свои причины задержаться дома.
- Не сомневаюсь, - строго отрезает он.
Опять злится?
Артур, хмыкнув, шагает прочь от меня по тропинке, усыпанной камушками. Кажется, что они загорятся под его подошвами.
Цербер идет к дочери. Знаю, что рядом с ней он успокоится. Станет другим. Заботливым и любящим отцом. Позволяю себе понаблюдать за его преображением.
