Малыш по переписке (СИ)

Все это так радовало пигалицу, отчего же ей стало плохо?

— У твоей жены банальное несварение, — наконец-то просветила меня врач, — от этого и колики, плюс небольшие спазмы.

— Это неопасно, но повторять такое не желательно. Мы провели все процедуры, и на сутки оставлю-ка я ее у себя. Сейчас переведут ее в палату, — Тамиля встала и направилась в сторону лифта, — и ты сможешь с ней пообщаться. И матери позвони, — махнув рукой и, не оборачиваясь, она удалилась.

Я набрал номер матери, приготовившись выслушать все гневные тирады, что она, наверняка запасла для меня.

— Мам, я все понял. Каюсь, исправлюсь, — решил прикрыть этот неиссякаемый источник гнева и упреков.

— Дома поговорим! — вынесла она приговор и отключилась, а я почувствовал себя нашкодившим ребенком.

Убрав телефон в карман, я заглянул к жене. Она лежала на огромной кровати такая маленькая, хрупкая и бледная.

— Прости, я тебя напугала, — тихий голос с извиняющимися нотками, щемящей болью отразился в сердце, а слезинки в уголках ее глаз заставили почувствовать себя наглой сволочью.

В два шага преодолев разделяющее нас пространство, я присел на край кровати и аккуратно, чтобы не задеть капельницу, взял в руки ее прохладную ладошку. Тонкие пальчики чуть дернулись, а я поднес их к губам и, целуя каждый в попытке согреть и забрать ее усталость себе.

— Прости ты меня, что не уберег, — провел пальцами свободной руки по абрису милого лица, стирая слезинки и убирая со щеки упавшую прядку.

— Я хочу домой, — умоляющий взгляд пробирал до печенок, а я ничего не мог поделать, рисковать ее здоровьем и здоровьем малышки мы не имели права.

Ничего не говоря, лишь покачал отрицательно головой. И она поняла, поняла и не сопротивлялась, не капризничала, а просто, расстроенно вздохнув, прикрыла глаза. Сон лучшее лекарство.

— Ты иди, — не открывая глаз, хрипло произнесла Тая, проведя кончиком языка по пересохшим губам, — не трать время, а я посплю.

— Я посижу, а ты засыпай.

Но планы по охране сна моей пигалицы были прерваны телефонным звонком.

— Амир Эмирович, — раздался суровый бас начальника службы безопасности, — выяснились новые обстоятельства по делу о телефонной переписке…

— Какие? — не желая тревожить Таисию, я тихо встал и вышел из палаты.

— Возвращайтесь, — посоветовал он и связь прервалась.