Малыш по переписке (СИ)

— Вообще, перелетов в целом, — прошептала она, почти не дыша, — я поэтому и пила виски, чтобы расслабиться, а ты забрал, — даже в такой ситуации она не преминула грозно рыкнуть, точно сердитая кошка, а не напуганная мышь.

Я ухмыльнулся и поднес к губам ее руку. Коснулся губами пульсирующей венки на запястье, и внимательно следил за ее реакцией. Зрачки расширились, затопив чернотой голубую радужку, дыхание сбилось, а язычок прошелся по пересохшим губам. Испуг, смешанный с предвкушением, необузданными эмоциями окрашивал ее взгляд.

Да мышка, я покажу тебе лучший способ избавление от страха перелетов, чем напиться как сапожник!

Не разрывая нашего зрительного контакта, я продолжал ласкать чувствительную кожу ее тонкого запястья. А как только засветилось табло, оповестившее нас о наборе нужной высоты, быстро отстегнул ремни безопасности, укрыл нас пледом и впился жадным поцелуем в мякоть ее податливых губ, ловко сминая сопротивление и подчиняя себе.

Она сдалась, расслабилась и отдалась во власть моих губ и рук.

Ее бархатная кожа горела огнем под моими ладонями. Ее сдавленные стоны наслаждения, заглушаемые поцелуями, острой волной желания пробегались по позвоночнику, концентрируясь легкой неудовлетворенностью в паху. Я готов был взорваться, когда ее ладонь легла поверх ширинки. Стиснув зубы, переложил ее чуть выше и прошептал срывающимся на хрип голосом:

— Чуть позже, мышка! Чуть позже…

Пальцами скользнул под эластичный пояс ее спортивных брюк и умелыми касаниями к самому чувствительному местечку, довел мышку до кульминации.

Упивался ее наслаждением, глотая тихие стоны удовлетворения. Дрожь эйфории пробежалась по ее расслабленному телу.

Я поцеловал ее в висок и, поправив плед, отошел в туалетную комнату. Возвращался в предвкушении ответного удовольствия, но ее безмятежный сон, поставил крест на продолжении плотского пиршества.

Ладно, мышка, еще не вечер!

Я опустился в кресло, достал наушники и планшет и погрузился в просмотр сериала.

Длительный перелет, даже в бизнес-классе, выматывает и когда шасси самолета коснулись взлетно-посадочной полосы в международном аэропорту Данспасар, я вздохнул с облегчением.

Тронул за плечо, проспавшую весь перелет Лану, и поднялся, чтобы, забрав свой чемодан, покинуть салон самолета.

Мышка глянула на меня мутными ото сна глазами. Затем зарделась, видимо, вспомнив начало полета и подскочила с кресла. Быстро взяла себя в руки и, нацепив маску безразличия, прошла мимо меня.