Сразу в руки Тиграна, без вопросов.
Но, кажется, что он заинтересовался мной лишь после произошедшего. Или чуть раньше, на дне рождении. Когда критиковал мою работу по криптовалюте и давал советы. Чувствовала себя с ним маленькой и глупой.
В принципе, я всегда так себя чувствую рядом с мужем.
– Тогда, Тим, - теперь к другому мужчине, отвлекаясь от мыслей. – Подними, пожалуйста, все стулья в комнате или вынеси всё, что можно сюда. Я помою там всё, а потом вернём обратно.
Мужчины лишь кивают, выполняя указания. Не просто так стали покладистыми.
Наверное, все ещё переваривают мои слова. А я не могу поверить, что они всё это время считали меня лгуньей настолько.
Да, я могла солгать, что была с кем-то из них. Но ведь разве можно было верить в то, что я паду настолько низко в своей лжи. Просто придумаю что-то.
А сама как поступила – мерзкий внутренний голос врывается.
Да, так же. Поверила в слова отчима, просто потому, что так было легче. Нет ощущения, что мной воспользовались, что случилось что-то плохое.
Просто нетипичные обстоятельства первого раза с мужчинами, которых я любила.
Я люблю свой самообман."
"– Я сказал отчиму, что солгала, - разворачиваюсь к мужчинам. Это жжёт изнутри. Просится наружу, просится хоть какие-то мелочи прояснять. – Сразу же. Что это не вы. Чтобы вас не трогал никто. Но он не стал слушать. Он сделал вид, что я не в себе. Я пыталась исправить этот момент.
– Эй, малышка, - Тимур делает быстрые шаги ко мне. Он в саже, но обхватывает моё лицо. Смешивает пепел со слезами.
– Я же обещал, что мы во всём разберёмся. И за твоего отчима тоже всё узнаем.
– Нет, - хватаю его ладонь, чувствуя привычный ком страха внутри. Но ещё секунду стараюсь быть сильной. – Мне нужно, чтобы вы знали это. Что я не… Я сказала отчиму, что это вы. Но мне жаль. Это моя вина, я…
– Ты была напугана.
– Нет. Не напугана. Я была раздавлена. И всё было совсем не таким, как казалось изначально. Каждый момент, каждая мысль – всё было нереальным. Поэтому я сказала то, что помнила.
Что вы приезжали за мной к бару. И дальше…
– Так, оставить слёзы, - Тимофей следует своей фамилии. Суханов. Сухой и чёрствый, хотя не всегда же такой. Но сейчас заметно, как мои накатившие эмоции выбивают его из колеи. – Поверь, нам тоже хреново, что тебя опоили, а мы не заметили. Если бы знали… Всё было бы по-другому. И я знаю, что это совсем не сравнимо с тем, что пришлось пережить тебе.
– Предлагаю компромисс, Кать. Сейчас мы всё приведём в порядок, успокоимся.
