– Я уже слышала, что вы так бы не сделали. Но представьте, что вы на минном поле. Только что одна взорвалась, а вам говорят, что остальные точно не сработают. Вы бы неслись вперёд или осторожничали?
Военная аналогия всплывает сама собой, хотя я никогда не интересовалась подобным. Просила рассказать Тимов о временах в армии, какие-то забавные байки. Но мне, влюблённой малолетке, хотелось узнать о них всё. И найти повод побыть просто пару минут дольше с ними.
Удивительно, все мои подруги влюблялись в телохранителей отчима.
Конечно, у нас в школе мальчики, а тут такие мужчины. И сокрушались, что не могут выбрать.
А меня никогда не терзали сомнения. Просто пропала в двоих и всё, не сравнивая или без попыток понять, почему я так спокойно это воспринимаю. Любить двоих ведь не нормально?
Но это всегда казалось закономерным. Они ведь так похожи, с одним именем на двоих, как братья. И как-то само принялось, на затворках сознания.
Только это было пять лет назад, восемь. Когда я была совсем мелкой и они даже не смотрели на меня.
А теперь смотрят.
Но время многое стирает и меняет. И мне хочется верить – что чувства тоже входят в эту категорию."
"– Если судить по твоей логике, - Тимофей хмурится, набирая воздух в лёгкие. От чего рисунки на его грудной клетке становятся объемнее. – То одна и та же мина уже не рванёт. Мы «рванули», Кать, и больше тебе не сделаем плохо.
– Предлагаю закрыть эту тему, - звучу как на переговорах, муж бы мною гордился. – Мы всё выяснили. Я вас не виню, не в истерике из-за того, что вас было двое.
И не… Не считаю, что вы просто мной воспользовались или что-то такое. Кто-то меня опоил, да. И меня больше интересуют его мотивы, чем то, что было между нами.
Да ничего подобного. Меня разрывает от воспоминаний. Словно дамбу прорвало, которую я выстраивала в течении этих лет. Запрещала себе думать, возвращаться в ту комнату, где пало вином и сексом, мужчинами.
Мне хочется прижаться к Тимуру и узнать, смешивается ли дым его сигарет с запахом кожи, когда совсем-совсем близко.
Хочется снова прикоснуться к татуировкам Тимофея, вдруг какие-то линии исчезли.
И я не знаю, что мне с этим делать.
– Вы обещали помочь разобраться с этим.
– И мы не отказываемся, - Мур улыбается так, будто понял причину моего напряжения. Но ничего он ведь не понял! – Мы всё выясним.
– Для начала мы думали как-то смотаться в Омск. Найти бар, переговорить. Кто-то должен остаться с тобой, чтобы присмотреть. Не хочется ждать месяц или больше.
