Мама для дракончика или Жена к вылуплению

Неужели хотя бы на миг я могла поверить в эту иллюзию семьи, в то, что между нами не только контракт?

— Вы моя жена, я обязан заботиться о вашем здоровье, — кивнул Эйдан.

«Обязан», — отдалось эхом в моих ушах. Не «хочу», а «обязан».

— Я могла бы уйти в монастырь, это ведь достаточная причина разорвать брак? Общество за подобное не осудит, — с сомнением произнесла я.

— Но подобные клятвы перед богами слишком серьезны, зачем ломать свою жизнь... — его глаза вспыхнули, и он шагнул ближе. — Я отпущу вас, Камилла, обещаю.

Как только эта эльфийская болезнь проявится, я что-нибудь придумаю, чтобы разорвать наш брак. Но поймите, не сейчас, сейчас мы не можем себе этого позволить. Дракончик еще даже не вылупился...

— Да, конечно, — я опустила голову. — Но я просто... я не понимаю, как вы себе это представляете? Если бы я умерла, было бы все просто: вы как вдовец представили бы своего сына обществу. Но если официально я буду жива...

— Я не знаю, — Эйдан рассеянно отвернулся, потирая шею.

— Дракончик вылупится и через несколько дней обернется ребенком, тогда мы обязаны дать бал в честь наследника герцогства. Вы, конечно, могли бы сказаться больной...

— Да, — кивнула я покорно.

— Но потом нас начнут приглашать на званые вечера и балы семьей. Будет очень подозрительно, если вы ни разу не покажитесь в свете, это тоже будет скандал, вокруг нашей семьи начнут виться сплетники, я должен буду представить всем красавицу-жену, с которой сочетался тайным браком по большой любви, а.

..

— Ее у вас нет, — закончила я за него. — Простите.

— Вы ни в чем не виноваты, Камилла, — он устало потер лицо руками.

— Да, я не виновата, я не сделала ничего специально, — кивнула я. — Но было бы куда проще, если бы я просто умерла. Может, так и объявить — что я мертва?

— Что вы такое говорите?! Да и... брачную связь не подделать, у вдовцов она выглядит иначе...

Я кивнула, понимая, что сказала глупость. Любой маг увидит, что герцог не овдовел, такая ложь была бы глупостью.

Между нами повисло молчание, но не уютное, или напряженное, а тягостное. Нам не о чем было говорить, я могла еще раз извиниться, но это ничего бы не изменило. Просто мы оказались в одной клетке, из которой не было выхода. Ни один не виноват, но виноваты оба.

— Я пойду облечу еще раз поместье, после вашего магического выброса можно ожидать гостей.

— Простите, — еще раз сказала я.

— Может, и к лучшему, — отмахнулся Эйдан и вышел из комнаты.