И наследство его отца, скорее всего, отойдет к какому-нибудь дальнему родственнику, но не родному сыну, во всех смыслах достойному чести стать его приемником. Все лишь потому, что герцог женат на чистокровной драконице, ритуал проведен полный и не разрываемый без воли обоих супругов, а женщина не пожелала подобного позора. Она готова была терпеть наличие у мужа второй семьи, но не отказаться от герцогской короны. Жизнь Кевина была отравлена из-за спеси стервозной бабы и слабости его отца, который не сумел настоять на разрыве брака.
Образование, магическая сила, ум — всего этого недостаточно оказалось, чтобы занять то место, которого он достоин. Возможно, хотя бы его дети смогут избавиться от клейма приставки «фиц-».
Неужели, это ждет и моего ребенка?
Уже ведомый не столько любовью к женщине, сколько любовью к нерожденному дракончику, я писал новые и новые послания: умолял о встрече, заверял в своих чувствах... но писем она моих не читала. Поддавшись порыву, я купил в ювелирном изумрудную парюру: полный комплект из кольца, серег, диадемы, браслета и колье, стоящий небольшое состояние, и отправил их с доверенным лицом Ребекке.
В этот раз я наконец-то получил ответ. Короткое письмо о том, как ей жаль, как она страдает от разлуки со всеми своими детьми, как несправедлива жизнь, что не дает влюбленным быть вместе... Я читал и что-то во мне переворачивалось. Быть может, если бы эти речи вела сама Ребекка, если бы я видел ее вблизи, я бы проникся, но ее изящный почерк с завитками не мог передать тех эмоций, что так завораживали на ее прекрасном лице.
Читая о детях, я вспоминал, как иногда она могла неожиданно грациозно остановиться о окна, чтобы свет свечей падал на ее нежные щеки, и смотреть на луну.
— Что случилось? — спрашивал я ее.
— Я так скучаю о своих мальчиках, — улыбалась она грустно, но изящно, и глаза ее блестели, казалось, от непролитых слез.
Да, у нее было еще двое детей от герцога, уже подросших и отправленных в один из лучших пансионов. Но этой красивой материнской грусти не хватало для того, чтобы Ребекка сама ехала навещать их, лишь писала письма и отправляла подарки.
Иногда у меня мелькали мысли, что она слишком холодна к детям, но всякий раз я отмахивался от них, считая, что это все оттого, что она вышла замуж слишком рано и никогда не любила мужа-человека. Конечно, прекрасная юная драконица, отданная за какого-то шестидесятилетнего человеческого мага. Конечно, маги стареют не так, как обычные люди, но до драконов им далеко.
