Согласилась?
И Кнопка так хитро улыбается и подмигивает, что я не выдерживаю, смеюсь в голос, обнимая дочь.
– Иди, одевайся, лиса. Я пока соберу братика и сестренку.
Я одеваю малышей, которые глазеют по сторонам, с интересом разглядывая обстановку. Они меняются стремительно, что порой я не успеваю за ними. Иногда на меня что-то накатывает, и я плачу по ночам в подушку, прося время идти медленнее, потому что двойняшки так быстро растут. А еще хочется всеми силами отсрочить тот момент, когда я им перестану быть нужна в качестве няни…
– Я готова, – заявляет довольная Олюшка, поправляя рюкзачок за спиной.
– Я взяла попить, орешки, чтобы кормить белочек, и влажные салфетки. Вдруг Паше и Маше пригодятся.
В который раз удивившись, какая у меня растет заботливая дочь, подхватываю люльки с заметно потяжелевшими малышами и спускаюсь в коридор.
Но не успеваем мы с Кнопкой обуться, как дверь распахивается, и на пороге появляется Алиса с какой-то незнакомой женщиной, которая тут же окидывает меня высокомерным и оценивающим взглядом.
– Далеко собралась, дорогая? – Алиса наступает, буквально опаляя меня своей ненавистью и ядом. – Что, мужа у меня увела, теперь решила и детей выкрасть?
– Я мужа у тебя не уводила, Алиса. И уж тем более не собираюсь похищать детей.
– Ну, конечно! – она всплескивает руками, повышая голос. – Наверно именно поэтому после романтического ужина он побежал к тебе, а не в нашу супружескую постель?! Именно с тобой ласково попрощался перед отъездом? Потому что ты ничего не сделала, чтобы отобрать у меня мужа!
– Алиса, успокойся, – я стараюсь говорить ровным тоном и утихомирить истеричку.
Потому что чувствую, как трясется Кнопка, отчаянно прижимаясь ко мне, как от громкого голоса матери дети начинают капризничать и вот-вот разревутся в два голоса. – Мне не нужен Лука. Я просто работаю няней у Паши и Маши. Только и всего.
– Больше не работаешь, – с самодовольной улыбкой, окинув меня взглядом победительницы, сообщает Алиса.
– Прости, что?
– Ты больше не работаешь няней у моих детей.
С настоящего момента эту функцию будет выполнять Инна Григорьевна, – указывает рукой на женщину позади себя, что также растягивает губы в злорадной ухмылке. – Инна Григорьевна, заберите детей и можете приступать к обязанностям.
Женщина шагает ко мне, и я стремительно делаю несколько шагов назад. Слова Алисы нокаутируют меня, вызвав неконтролируемый страх. Волна паники накатывает, и я задыхаюсь, понимая, что слова этой безумной – ни черта не шутки.
