Адам поднимается с кресла, белая футболка, что на нем надета, резко обтягивает бугристые мышцы на его бицепсах, и я вдруг вспоминаю, как вчера прижималась к нему в машине и трогала их руками. Как обводила пальцами непроизвольные рисунки и ощущала жар, исходящий от его кожи.
— Я искупал и переодел Родиона. Кормил его еще ночью из бутылочки, думаю, вскоре он потребует материнского молока.
Я киваю и перевожу взгляд на его лицо. Он выглядит уставшим, измученным и невыспавшимся, но на удивление довольным. Адам делает шаг в сторону и замирает.
Его лицо искажает гримаса боли, и я, не думая, тут же подлетаю к мужчине, успевая как раз вовремя. Он опирается на меня, впивается рукой в мое плечо. До боли, но я не обращаю на нее внимания, пододвигаю стул и помогаю ему сесть.
— Что болит? — голос звучит как-то кряхтяще.
Это от того, что в горле пересыхает, а губы отказываются шевелиться. Мне отчего-то страшно. Мало ли, что тут творится у него в доме, вдруг кто-то подсыпал яд, а… а обвинят во всем меня.
Едва эта мысль посещает меня, как я быстро убираю от Адама руки.
Он не обращает на мой жест никакого внимания, но когда замечает, с сожалением усмехается.
— Испугалась, — кивает он. — Все в порядке, — уже жестче. — Спасибо.
Он поднимается со стула так быстро, что я не успеваю отойти. Адам оказывается в паре сантиметров от меня, возвышается, как неприступная сказал и смотрит сверху вниз, после чего кладет руку мне на талию и чуть отодвигает в сторону, чтобы пройти, хотя мог бы и не касаться меня, а просто обойти.
— Что с тобой?
— Все в порядке, — отрезает и смотрит потемневшим взглядом. — Не выспался.
Он пожимает плечами и уходит, тихо прикрывая за собой дверь, а я остаюсь стоять и гадать, что только что произошло и почему такой сильный на вид мужчина имеет подобные слабости. Все дело в бессонной ночи или есть что-то более серьезное?
Глава 14
Елена Эдуардовна приходит уже после кормления.
В приподнятом настроении и с улыбкой она врывается в комнату и тут же спрашивает:
— Это вы, да?
— Что я?
— Попросили снять все эти требования, — она довольно улыбается. — Сегодня, едва я пришла на работу, мне сказали, что из всех условий остается только мобильный телефон, да и то мне разрешили отвлекаться и звонить родным, если потребуется, только не рядом с Родионом. Это же ваших рук дело?
— Я попросила Адама снять требования, если вы будете оставаться на ночь.
