Мама под елку и папа-дракон

– Вам нравятся дети, или это потому, что не хотите быть съеденной тварюшкой? – он явно издевался.

– Скажем так, просто хочу сделать доброе дело, – я пожала плечами.

– А почему нет? – спросила я. – Добрые дела иногда можно делать и просто так. Просто, наверное, все никак своих не заведу… Вот и хотела принести счастье другим.

Я не врала. Не только из-за того, что мои последние отношения были с мужчиной с ребенком, но и потому что не получалось.

– Ладно, – его взгляд скользнул по моему лицу.

В синих глазах мелькнула грусть.

Наш спор окончился. Все же немного странный он. То рычит, то спокойно разговаривает. А тут и вовсе что-то задумал.

Уснуть на новой кровати было еще то испытание. Я то и дело прислушивалась к звукам, доносящимся с другой стороны. Да, вот вроде говоришь мужчине, чтоб не подползал, а сама думаешь, а вдруг пристанет?

Ох, мы, женщины, такие нелогичные порой. Вообще нечего мне о таком думать.

И вскоре получилось.

Мне снились горы и тварюшка. Она то и дело облетала их, а я почему-то лезла к ней наверх. Хотелось добраться до нее.

Я ползла по горам. Чувствовала даже мощь и твердь окружающих меня камней. Закинула на один выступ ногу. И тут уступ зашевелился. Я дернулась и проснулась.

Что-то не так. Нога задрана, будто я действительно куда-то карабкалась. И судя по всему, на Кристиана. Э-э, что он делал на моей половине? Сам же говорил, что без поползновений.

Вот мало ему было того, что творилось до этого? И вообще, он сам говорил!

– Да перестань, – послышался сонный голос Кристиана.

– Что перестать? – тут же напряглась я.

– Я не лезла. Вы сами ко мне приползли, – прошипела я.

И тут проморгалась. Ой, стыдно-то как. Я оказалась на его половине. Еще и ногу закинула на скалу. То есть на его ноги. А он ко мне спиной лежал.

– Я случайно, – прошептала следом я, услышав тяжелый выдох. – Вы, главное, не волнуйтесь.

Но тут на мое бедро опустилась рука. Замерла, не зная, что делать. По телу промчался жар. Я густо покраснела.

Миг – и мужчина перевернулся ко мне лицом.

– Ну, допустим, тварюшка остановилась, – прищурился он.

– А? – прошептала я, не понимая, о чем он.

– Ты стонала ночью “остановись, тварюшка”, – прошептал он с легкой издевкой в голосе.

– Да я… да вы… Я же боюсь ее.

– Она безобидная, – лениво зевнул Кристиан.