Мандаринка на Новый Год (СИ)

— Как это — не обязательно? То есть, я зря искал этот комплект черного постельного белья в Интернете? Зря зажигал пятьдесят сечей? Зря исколол все пальцы, обдирая кучу роз? Зря выжрал полпачки антигистаминных?

Она могла бы сказать многое. Но сказала главное:

— Нет. Не зря.

— Нравится?

— Очень.

Он довольно улыбается в мерцающем свете свечей.

— Тогда давай посмотрим, как ты будешь выглядеть среди розовых лепестков на черном шелке в свете свечей.

— Давай посмотрим.

— Раздевайся.

Люба удивленно посмотрела на Ника.

Дома она не переоделась, и сейчас на ней приличный костюм для офиса — короткий, в талию, жакет, прямая юбка-тюльпан. Пальцы ее начинают одна за одной расстегивать потайные кнопки на жакете. Первая, вторая, третья, четвертая. Повела плечами, и черный жакет из шитья упал к ее ногам. Черный же, прозрачный кружевной бюстгальтер мало что скрывает. Да и нечего ей скрывать от Ника. Глаза в глаза. Он на мгновение прервал зрительный контакт, проследив за соскользнувшей по бедрам юбкой.

— Помочь не хочешь?

Он помотал головой. И потом умудрился вытолкнуть сквозь пересохшее горло:

— Я лучше посмотрю.

Люба деланно равнодушно пожала плечами и завела руки за спину. Не торопясь, аккуратно расстегнула крючки. Ник демонстрирует поразительную выдержку. Но и Люба еще не все показала. Изящное движение плеч — и кружевной бюстгальтер пополняет кучку черной одежды у ее ног.

Жаль, что на ней не чулки, а просто тонкие телесного цвета колготы-невидимки.

Колготы снять красиво трудно, поэтому Люба постаралась сделать это побыстрее. Зато собой в одних лишь прозрачных кружевных трусиках позволила Нику полюбоваться всласть.

А потом подцепила пальцами тоненькие кружевные края и уничтожила всю интригу. Одежды на ней не осталось. Ее одевал только мужской взгляд — ласкающий, обволакивающий, словно шелковое покрывало. Но с места Ник так и не сдвинулся.

— Оууу, — выгнула спину, закинула руки за голову, потянулась. — Знаешь, а мне нравится. А тебе?

Он смог только кивнуть.

— Очень приятно на ощупь, — продолжила буквально мурлыкать Люба. Слегка отвела в сторону бедро, позволив ему лишь на мгновение увидеть… И снова сомкнула ноги. — Такая гладкая ткань, мягкая и гладкая…

Тут он все-таки не выдержал.