Мандаринка на Новый Год (СИ)

Он поворачивает голову, чтобы найти губами изящное ушко.

— Еще позволишь мне… так?

— Да, — отвечает она все так же тихо, смущенно, но уверенно. — Только не сейчас, наверное. Хорошо?

— Хорошо. А, можно, я сам тогда еще раз?…

Вместо ответа Люба целует его в шею и плотнее прижимается бедрами. Боже мой… Черт побери… Как же с ней офигенно!

Часам к восьми вечера следующего дня до него, наконец-то, дошло, что она ему не позвонит сама. Мало ли что он тоже привык, что обычно ему первому перезванивали. А не перезвонили — ну так и не больно надо.

Но это же Люба Соловьева! Хрен она позвонит сама первая. А ему хотелось слышать ее. И видеть. И просто — хотелось. Весь день одергивал себя, заставляя сосредоточиться на работе.

Еще два часа он обламывал собственную гордость. А потом не выдержал и позвонил. Занято. Через пару минут — снова занято. Через пять минут — все еще короткие гудки. С кем можно столько трепаться по телефону?! Она взяла трубку только ближе к одиннадцати.

— Привет.

— С кем так долго по телефону разговаривала?!

Люба не торопилась с ответом.

Он чертыхнулся про себя.

— С Марком, — наконец-то соизволила ответить.

— Ну и как? Наворковалась? — да что он несет?! Но остановиться не может — что-то вдруг стало остро жечь внутри.

— На х*р посылала.

Теперь замолчал он. Если Люба… Люба!.. с ее литературным образованием и редакторской должностью позволяет себе так выражаться… Он, конечно, рад это слышать, что уж перед собой-то притворяться, но, похоже, этот урод ее достал.

— Чего так долго? С первого раза не понял?

— Угу. И со второго.

— Бедняжка.

— Марк?!?

— Ты!

Она мягко рассмеялась. Он улыбнулся, устраивая удобнее голову на подушке.

— Ну, если что — я тебя в этом решении всецело одобряю и поддерживаю.

— Если что — твое одобрение мне не требуется. Ну, а ты, — она вытянулась поверх одеяла, — что полезного сделал?

— Ничего. Бездельничал. Лежу вот в постели. Вспоминаю. И… думаю о тебе.

Сказал и замолчал удивленно. Он никогда не говорил с девушками так.

Об этом. О чем там разговаривать? Делать надо. Да он особо и не умеет — говорить, в смысле.

— А о чем… конкретно… думаешь? — голос ее звучит как-то странно. Будто он ее… взволновал своими словами. Ник прикрыл глаза и продолжил удивлять сам себя. И Любу заодно.

— О том, как ты лежала вчера на этой постели. Без одежды. Как ты выглядела, когда… Знаешь… подушка еще пахнет тобой, — ого, кажется его понесло. И ему это нравится, похоже.