– Вчера вышла, а сегодня, пожалуйста, умотала, за деньгами помчалась, сказал же, проживем чудесно без дурацких приработков. И ведь теперь даже звонить не станет, чтобы мы не ругались!
– Слушай, Лампа, – медленно спросила Юля, – а ты давно дома?
Я глянула на часы. Надо же, продрыхла почти четыре часа!
– Пришла около трех.
– Ну ничего себе, – вскипела Юля, – и собак погулять не вывела, и об ужине не подумала!
Я растерянно уставилась в ее рассерженное лицо.
– Надо было выйти с псами?
– Конечно, – ответил Сережка, – они унитазом пользоваться не умеют.
Знаешь, какая там лужа в коридоре.
– Извините, – пролепетала я, – но я никогда не жила с животными…
– Ясненько, – бодро резюмировал Сергей. – Ладно, пойду прогуляю девочек.
Хлопнула дверь, и Кирюшка заорал:
– А кто пельмешки заказывал!
– Иду, – отозвалась Юля, и тут же из коридора понесся ее недовольный голос: – Чего такие дорогие взял, в следующий раз «Дарью» покупай.
– Они несъедобные, – сообщил Кирюшка, – тесто толстое, внутри веревки.
– Это натуральные, экологически чистые жилы, – хмыкнул Сережка.
– Ну кто же в готовые пельмени мясо положит!
– Замолчи, а то меня сейчас стошнит! – выкрикнула Юля.
У меня заломило в висках, от этой семьи слишком много шума. Лягу-ка лучше спать, кажется, мигрень начинается. Но не тут-то было. На пороге появилась Юля и сообщила:
– Сережка гуляет с псами, Кирюшка пошел за хлебом, я варю пельмени, а ты вытри лужу.
– Чем?
Юля хихикнула:
– Тряпкой, конечно, чем же еще!
– Где она?"
"– Как у всех, в ванной.
Ты дома половую тряпку в спальне держишь?
Чувствуя, как в голове ворочается боль, я побрела в коридор. Надо же, я даже не знаю, где Наташа хранит тряпки. Кусок старого полотенца нашелся под раковиной. Я как следует намочила его и шлепнула в коридоре. Вместо того чтобы исчезнуть, лужа отчего-то стала еще больше. Я принялась гонять воду по полу.
– Эй, послушай, – спросила увидевшая эту картину Юля, – ты полы никогда не мыла?
Конечно, нет, всю жизнь берегла руки, у арфистки должны быть чуткие пальцы, и потом, слабое здоровье не позволяет заниматься домашним хозяйством.
– Дай сюда, горемыка! – велела девушка и дернула тряпку.
Потом она принесла небольшое красное ведерко, ловко выжала бывшее полотенце и в мгновение ока ликвидировала «океан». Я стояла пень пнем, оказывается, надо было не мочить, а выкручивать тряпку.
– Ведро в унитаз вылить сможешь? – с издевкой спросила Юля и унеслась.
Выполнив приказ, я ушла в гостиную и вновь легла.
