Их тоже, к сожалению для нас, предостаточно, но далеко не все из них, к счастью, Правдорубы. Прошу вас помнить о том, что лингвистическая экспертиза – это всегда работа с болевыми точками и проблемными текстами. Пожалуйста, сохраняйте критическое мышление, будьте внимательны, следуйте точно оговоренным критериям поиска и постарайтесь не потерять веру в людей.
На последней фразе по залу пробежал смешок.
Студентки, которых привела Вера, оказались типичными девушками-филологами: симпатичными с умными одухотворенными лицами.
Одеты все были по-разному: с большим или меньшим ощущением стиля, была одна неформалка и одна фитоняшка с нарощенными зарослями ресниц. Девушки производили настолько приятное впечатление, что я бы ни за что не поверил, если бы мне кто-то вдруг сказал, что через год-другой некоторые из них останутся при кафедре и включатся в ту же самую игру, где будет и дуэль на плакатах, и грязные сплетни за спиной, и покупка статей в Скопусах, и распил грантов, и много чего еще.
В отличие от своих преподавателей вопросы девушки тоже задавали строго по делу, задачу поняли сразу, проблем доверия к иногороднему эксперту в связи с чтением желтой прессы не возникло.
– Помните, друзья мои, – обратилась Вера Ухтомская к студенткам после того, как Виктория закончила и расположилась за своим столом. – Мы на одном из занятий говорили с вами о том, что у матери Гоголя Марии Ивановны была совершенно такая же впечатлительность. Она могла часами сидеть в одной позе, задумавшись о чем-то с непроницаемым выражением лица.
Также известно, что мать Гоголя приписывала своему сыну Николаю Васильевичу, будущему классику, весь мировой технический прогресс, изобретение телеграфа, железных дорог и многого другого, даже русской азбуки, и не было никакой возможности разубедить ее в этом.
Студентки заулыбались, они помнили.
– Вот и наш Правдоруб считает, что на нем замкнулась вся мировая справедливость, – продолжала Вера.
Девчонки снова согласно закивали.
– Кажется, вы говорили, что такая впечатлительность называется бредом величия? – уточнила неформалка, которую звали Яной.
Ухтомская улыбнулась, кинув на Викторию взгляд не без оттенка торжества.
– Вот видите, а вы говорили, Гоголь бесполезный! – проговорила она, подходя к нам вплотную, так чтобы не слышали студентки.
Несмотря на то что Виктория никогда ничего подобного не говорила, пришлось согласиться.
