Отойдя на солидное расстояние, так, чтобы скандальная дамочка не могла нас слышать, она обратилась ко мне:
– Как зовут этого Мняцакяна, помнишь?
Мняцакяна звали Арменом Ивановичем. Телефон начальника следственной группы, руководителя городского следственного комитета Ставроподольска Борис продиктовал еще дома. Да и к кому нам еще было обращаться в городе, где мы пробыли не более часа и куда приехали по запросу СК, возглавляемого тем самым Мняцакяном?
– Армен Иванович? Это Виктория Берсеньева… Да, мы с моим помощником подъехали.
Нет, не могу. Дело в том, что тут перед университетом в мою стоячую машину врезалась одна автоледи на «Форде», угрожает огромными связями, и я начинаю расценивать это как акт давления на следствие… Что? Да я-то спокойна… Что? Ну сильно, да. Одноглазые мы теперь, как Терминатор, помните фильм? Так точно, битвы еще не было, а глаз уже подбили. Хорошо, ладно. Мы ждем… да… хорошо… хорошо… спасибо.
Виктория нежно улыбнулась светлому образу далекого Мняцакяна и положила трубку.
Мы вернулись в машину и включили двигатель, чтобы согреться. Филипп слабо мяукнул из своей переноски, мол, не забывайте, но особенно не усердствовал, понимал, что дело серьезное. Дамочка в оранжевых опушках метнула в наше лобовое стекло торжествующий взгляд и уселась в свой хитро прищурившийся «Форд».
Минут через пятнадцать у шлагбаума парковки остановилась черная машина с красной полосой, гербом и надписью «Следственный комитет».
Из машины вышел небольшого роста кругленький товарищ с четырьмя капитанскими звездочками на погонах. Дама в оранжевых опушках, завидев его, мгновенно выпорхнула из машины и метнулась навстречу. Еще минуты через две у того же шлагбаума нарисовалась черная «Тойота Ленд Крузер». Подъехал мняцакянский джип, соблюдая все правила чрезвычайной важности: с включенной синей мигалкой, нахлобученной в спешке и торчавшей вбок, как шишка у драчуна после хорошей попойки.
– Ну раз уж в университете Год Гоголя, то воспользуемся цитатой из классики. Вижу, тут у нас немая сцена, как в финале «Ревизора», – проговорила Виктория, вылезая из машины навстречу уполномоченным гостям.
Лица участников действительно напоминали о финале великой гоголевской комедии. Дамочка с опушками застыла с открытым ртом, капитан попытался подобострастно спружинить навстречу высокому начальству, но так и застыл на полусогнутых.
