Тогда ему предстоит проверять по базе все темно-синие машины этой модели. Тоже, скажу тебе, работенка не из быстрых и легких.
– Ясно. Хорошо, что нам всего этого делать не нужно, – удовлетворенно подытожил Макар. – Раз это сделают за нас профессионалы, мы можем заняться кое-чем другим."
"– Это чем же? – поинтересовался Бабкин.
– Тем, в чем мы заведомо сильнее. В данном случае это кропотливая работа со свидетелями первого круга. Я уверен, что…
Пискнула почтовая программа, извещая о том, что письмо доставлено, и Макар замолчал на полуслове, отвлекшись на снимки.
Бабкин подсел ближе, чтобы видеть новые фотографии. В сопроводительном письме Куликов писал, что тестировал новый объектив, поэтому в кадр попадало все подряд. Ножка стола, травяной ковер, вид из окна, сама Наташа, радостно улыбающаяся в камеру… На этих снимках Макар надолго не задерживался. Наташа на фоне окна, Наташа, обхватившая колени руками, на табуретке, Наташа на фоне стены…
– Стоп!
Бабкин покосился на Макара, не понимая, почему именно на этой фотографии он остановился.
Фотограф промахнулся с резкостью, и лицо девушки вышло расплывчатым, как и страницы манускрипта за ее спиной. Илюшин быстро пролистал остальные снимки и снова вернулся к этому, неудачному.
– Придется сверять по нему, раз других нет, – пробормотал он, открывая второе окно с фотографиями, которые принес Сергей, и начиная неторопливо просматривать их одну за другой.
Закончил Макар быстро. На экране ноутбука остался один снимок из отщелканных Бабкиным. Илюшин нажал «распечатать» и обернулся к выжидательно молчавшему Сергею:
– Занятные вещи обнаруживаются, вот что я тебе скажу.
У меня была одна неуверенная мыслишка, а теперь она превратилась в уверенную гипотезу.
Сергей всем своим видом выразил готовность слушать.
– Куликова прервала телефонный разговор с отцом, сказав, что звонят в дверь. Это было в двенадцать часов, – напомнил Илюшин. – Из подъезда ее вывели около четырнадцати, как ты выяснил. Правильно? Правильно. Значит, мы имеем два часа, которые она провела в обществе двух мужчин, впоследствии – предположительно – похитивших ее.
– Хм. Допустим. И?
– У меня есть подозрение, что за эти два часа Куликова изобразила на стене вот что…
Макар вытащил из пасти принтера распечатанный лист, на котором отчетливо был виден странный цветок, а рядом – исписанный буквами квадрат.
– С чего ты взял? – недоверчиво спросил Бабкин. – Что-то сомнительно мне…
– На снимках двухнедельной давности этого фрагмента нет – это раз.
