Марджорис

— Здесь можно тренироваться не только бою на мечах, но и магическому. Мои сыновья очень сильны в боевой магии и, если бы не эта защита на стенах зала, они бы его просто разнесли, пока взрослели.

— А защиту ставили вы? — девушка пытливо подняла на него глаза.

— Да, впрочем, как и на весь дом, — его рука потянулась к её щеке и заправила за ухо выбившуюся из косы прядь. Мужчина смотрел на девушку испытывающе, словно оценивая её реакцию на его прикосновение. И когда она, зардевшись, не отпрянула, шагнул к ней ближе, вторгаясь в личное пространство.

В чёрных глазах бушевала огненная буря, завораживая и не отпуская её взгляд. Рисса замерла с неистово колотящимся в груди сердцем, наблюдая, как медленно склоняется к ней его лицо. Взгляд поневоле прикипел к твёрдой линии губ и её собственные разомкнулись в прерывистом вздохе.

Мужская ладонь нежно легла на её шею и большой палец погладил алеющую румянцем скулу, посылая обжигающие искры в затуманенное сознание, и девушка поневоле закрыла глаза, наслаждаясь незнакомыми ощущениями.

Нежный поцелуй в уголочек рта, словно её пробуют на вкус, а затем он накрыл её губы своими и язык мягко скользнул внутрь. Дыхание перехватило. Она, застонав, пошатнулась, чтобы тут же почувствовать на талии сильную руку. Внутри разливалось тягучее, как патока, тепло, сворачиваясь в тугой узел где-то внизу живота. Мужчина целовал с иступлённой нежностью, лаская языком глубины её рта, выпивая её дыхание, выжигая искры неспешной лаской, прижимая к себе бережно и властно.

Сколько длилось это сумасшествие, Рисса не знала.

Дан Айсар отстранился первый, как-то рычаще выдохнув и притягивая её к себе ещё ближе. Девушка безмолвно позволила заключить себя в кольцо рук и положила голову на широкую твёрдую грудь, ошеломлённая произошедшим. К её макушке прижались мужские губы, а под щекой быстро билось его сердце, показывая, насколько он не остался равнодушным. И даже не имея никакого опыта в интимных отношениях, Рисса прекрасно поняла, что такое твёрдое прижимается к её животу, вызывая волну горячих мурашек и болезненное томление между ног.

— Извини, если напугал, маленькая, — шепнул куда-то в её волосы, продолжая просто обнимать, не предпринимая больше никаких действий.

— Я не боюсь, — так же шёпотом ответила она.

— Это хорошо. Мне больно чувствовать твой страх, — признался тихо, с неохотой отстраняясь. — Не хочу тебя отпускать, но… Я должен идти, девочка.

— Угу, — Рисса заторможено кивнула, вызвав его довольный смех.

— Иди, маленькая.