Марджорис

Интересно, он всегда так на неё действовать будет?

— Хорошая девочка, — на её мочке сомкнулись его зубы, погнав по телу новобрачной чувственную дрожь. — Пойдём.

И её, как пушинку, подхватили на руки. Айсар поблагодарил всех гостей, пожелал хорошего вечера и под понимающие смешки унёс свою юную жену из зала. Рисса начала целовать своего волка ещё на ступеньках. Обхватив его лицо ладонями, покрыла поцелуями улыбающиеся губы, потом опустилась ниже, на напряжённую шею, лаская его кожу ртом и зарываясь пальцами в тёмные волосы на затылке.

В ответ, с удовольствием, почувствовала, как дрогнуло его горло, издавая возбуждённое рычание.

— Доиграешься, маленькая!

— Обещаешь? — и нырнула языком в ямку между ключицами.

Расстояние до своих покоев они преодолели очень быстро. Айсар с ноги распахнул дверь и стремительным шагом внёс свою драгоценную ношу в гостиную. И тут выдержка ему изменила. С приглушённым рыком он обрушился на её пухлые губы с сокрушающим жадным поцелуем. Перехватил обеими руками за талию, отпуская колени, чем Рисса немедленно воспользовалась, обхватывая своими ногами его торс.

Страшно мешала юбка, но мужчина, поняв её без слов, скользнул ладонями по бёдрам, сминая кружевную ткань и оголяя, чтобы собственническим жестом обхватить ягодицы. Теперь уже стонала она, чувствуя пылающим лоном жар его тела. Мужчина нетерпеливо толкнулся бёдрами, прижимаясь напряжённой плотью к её складочкам, вырывая из губ возбуждённый всхлип. Их всё ещё разделяло так много одежды, а ей до безумия хотелось прижаться кожей к коже. Девушка принялась стягивать с него парадный мундир, злясь на неподатливые пуговицы. В ответ услышала хриплый смех. На миг её опустили на пол. Айсар срывал с себя одежду, абсолютно не заботясь о её сохранности, а она стояла и, как завороженная, любовалась открывающимся видом. Как же она любила его тело, эти сильные руки, стальные бугры мышц, широкую накачанную грудную клетку, кубики пресса и дорожку тёмных волосков, уходящую от пупка ниже, туда, где вздымался подрагивающий твёрдый, как камень, ствол. Облизнула пересохшие губы, глядя на жемчужную капельку, выступившую на головке.

— Ты так смотришь, девочка, что у меня возникает вполне определённое желание почувствовать твой божественный ротик там, куда устремлены твои глазки, — она вскинула на него удивлённый взгляд. Неужели? От одной мысли о таких ласках её щёки вспыхнули жарким румянцем. — Тебе ведь нравится эта мысль, Рисса? О да, я вижу, что нравится. Мы к этому ещё обязательно вернёмся.