Хотелось, чтобы она стонала. Кричала. Принадлежала только ему.
Марфа провела ладонью по колючей щеке и в дрожи зашлась. В эту секунду связь с реальностью исчезла. Вновь прижимаясь, только теперь кожа к коже, она чувствовала, как сокращаются мышцы пресса Игоря, заставляя их обоих вздрагивать.
Обхватив ладонью оба её запястья, Игорь завел руки Марфы за голову, крепко прижимая их к изголовью. Несмотря на тяжесть мужского тела она выгнулась, оставив касаться постели только лопатки, затылок и попку.
— Твою мать, — хрипло простонал Игорь.
Так сильно касания его впервые заводили. Справляться с нахлынувшей похотью не было сил. — Лежи смирно.
Наклонившись, губами провел по соблазнительной груди, языком касаясь затвердевших сосков, снова и снова заставляя Марфу стонать.
Рука, до того момента исследовавшая бедро Марфы, переместилась. Подцепив край трусиков, Игорь двумя пальцами проник глубже, большим пальцем массируя клитор. Марфа с шумом выдохнула и прикрыла глаза.
Невыносимо. Ждать стало невыносимо. Зажмурившись она слышала шелест обертки презерватива и мысленно его подгоняла.
Несколько долгих мгновений ничего не происходило, пока Игорь наслаждался открывшимся его взору видом, после чего сдернув одним движением руки последнюю преграду, одним толчком проник внутрь.
Они оба не могли поверить в реальность происходящего. Слишком остро, почти что до боли. Пока Игорь вдалбливался в податливое тело, Марфа проникала всё глубже в его естество, порабощая мозг и кровь заражая.
Весь мир мерк, становился не значимым.
Оставались лишь они. Только вдвоем.
Глава 15
Марфа откинулась на спину и кожей коснулась чего — то очень горячего. Сквозь дрему ощущения были расплывчатыми, но очень волнующими. Вынырнуть из сна невыносимо. Тихо простонав, девушка стала устраиваться в постели удобнее, подталкивая под бок тонкую простынь, создавая себе своеобразную теплую норку.
— Давай, соня, просыпайся. Скоро вечер, — с веселой игривостью произнес Игорь, прикасаясь губами по плечу Марфы. Он и так долго ждал её пробуждения.
— У нас с тобой планы.
Марфа простонав что — то неразборчивое, потянула двумя пальцами край подушки, на которой лежала ранее, и закинула её себе на лицо. Ей хотелось спрятаться от всего мира подальше. Голова потрескивала, была очень тяжелой, мысли неясными. Тело, до сна такое легкое, почти невесомое, сейчас стало гранитной плитой, неподъемной.
Игорь напротив был бодр, хотя точно также не спал всю ночь и, в отличии от Марфы, днем тоже не спал.
