Прошлись и по самой болевой точке — художественным творениям.
С одной стороны раскуплены были все модели, с другой — каждый образ из последней коллекции был обгажен мерзкими высказываниями, от силуэтов до принтов, везде «диванные критики» изъяны нашли и обсосали каждую ниточку.
Марфа молча протянула Игорю телефон с одним из открытых постов.
Быстро пробежавшись глазами по экрану, он вскинул в удивлении брови:
— Ты что из-за этой фигни что — ли расстроилась? Не будь дурехой. Знаешь сколько про нас пишут? Ты бы в шоке была.
Меня когда клуб не отобрал в первый состав, после академии, — злорадствовали все. Даже свои, — он невесело усмехнулся. — На трансферном окне получилось в Испанию вырваться. Никто не верил, что выйдет что-то хорошее из этого. Только мама. И вот видишь? Три года прошло, а как жизнь изменилась. Нос не вешай, — щелкнул Марфу по носу и свел брови. — Или ты сейчас же успокоишься, или мне придется тебя трахнуть, чтобы поднять настроение.
Марфе не было весело. Она всхлипнула. Ее рот, как и глаза оставались закрыты.
Опустив голову Игорю на плечо, её тело обмякло. Требовалось использовать остатки самообладания, чтобы не разрыдаться от души, с морем слез и соплей.
Открыв глаза, Марфа увидела, как жадно Игорь смотрит на ее губы, буквально пожирая их взглядом.
— Ну, что сказать? Ты сама напросилась! — подхватив Марфу под ребра, Игорь закинул ее на кровать.
Глава 22
Будучи глубоко опечаленной, Марфа не сразу поняла, что происходит. Сидела на полу, никому не мешала, ранки свои кровоточащие слёзками промывала и раз — уже на кровати лежит.
Чудеса, да и только!
— Я не стану здесь. Слезь с меня! — выгибаясь, постаралась взбрыкнуть. Ей крайне не нравилась мысль заниматься с сексом при посторонних.
— Никто не зайдет, я тебе обещаю, — дабы упростить себе работу, Игорь перехватил руки Марфы, и крепко сжимая запястья, прижал их к кровати, пресекая попутки сопротивления. — Марф, не выделывайся. В клубе ты не захотела, в рестике тоже…
— Ты уточняй, блин! В туалетах клуба и ресторана я не захотела! Пздц какой-то, пусти, — Марта попыталась подняться, но была лишь сильнее к придавлена к матрасу.
Плечи Игоря мелко затряслись от сдерживаемого смеха.
— Ну ты и ханжа, Косточка. Для разнообразия стоит попробовать. Не думаю, что ты с Тохой практиковала такое?!
Вот опять.
«Зачем ты, придирок, снова вспомнил про брата? Разве не видишь, как она каждый раз при его упоминании в лице меняется?» — мысленно ругал себя Игорь.
