Мария, королева Нисландии

Ты сможешь выбрать и шторы, и скатерти, и другое, — он несколько небрежно махнул рукой, поясняя: — Всякое такое, что вы, женщины, очень цените.

— А как принято обставлять комнаты у вас, Мартин?

Муж удивился, минуту помолчал, соображая, и Мария торопливо растолковала:

— Я же видела только трапезную, ну и еще мастерские. Мне хотелось бы узнать, как обставляют жилые комнаты здесь, в Нисландии.

— Что ж, попроси Гульду отвести тебя ко мне в спальню. Впрочем, не нужно… Я сам ей велю.

Глава 26

Не слишком довольная Гульда вела Марию по дому, открывая одну дверь за другой:

— Которые кладовки с краю, в таких завсегда продукты хранят.

А которые ближе к центру дома — тут всякое другое добро.

Осмотрели спальни для слуг, кухню, всевозможные хранилища и склады.

— А вот комната господина, — Гульда посторонилась, пропуская Марию вперед.

Чисто… Немного пахнет мятой, слегка воском и почему-то — пустым безлюдным коридором старого заброшенного здания.

Такая же высокая кровать, как в ее спальне, но рядом с лесенкой брошена огромная шкура неизвестного зверя: ноги утонули в мягком и теплом ворсе.

Мария с интересом посмотрела на покрывало: «Надо же, кто бы мог подумать! По Мартину и не скажешь, что он такой любитель роскоши.».

Покрывало, скатерть и длинные в пол шторы на окнах, изготовленЫ из плотного рыже-коричневого бархата и расшиты по краям золотым шнуром. Мария погладила шелковистый ворс ткани на столе, посмотрела на подушки, лежащие на тяжелых стульях с высокой спинкой.

Обратила внимание, что стена над кроватью тоже затянула шкурой с длинным черным ворсом — скорее для красоты, чем для защиты от холода. Пусть на улице уже осень, дожди и ветер, но в доме всегда тепло.

Стена же напротив кровати увешана различным оружием: сабли разной степени изогнутости, ножи и кинжалы, странноватые короткие копья с начищенными до блеска наконечниками. А в центре всего этого великолепия — огромный, почти в рост человека, щит, зауженный книзу.

Левая половина щита темно-синяя, правая — ярко-алая.

По центру эти два цвета разделяет белая не слишком широкая полоса. И на фоне ярких красок золотом горит металлический чеканный дракон, распустивший крылья и оскалившийся. Изо рта дракона вылетают языки пламени, а на голове его блистает корона с теми самыми черными вулканическими камушками, добавляя мифическому существу величия.

— Ого! Какой красивый! — работа и в самом деле была весьма искусная и мастерски выполненная.