Марш экклезиастов

По краям серело небо, сзади — туманно и размыто, впереди — подчёркнутое снизу резко, размашисто и изящно.

Души принялись разматывать мешковину с голов; первой избавилась от неё Елена. Встряхнула волнистой чёрной гривой. Хотела что-то сказать, но закашлялась.

— Проводишь меня немного, Прекрасная? — спросил Брюс, отбрасывая свою провонявшую дыханием тряпку и вытирая лицо чистым платом.

— Ждите меня, — бросила Елена подчинённым.

Они прошли сотню шагов молча и остановились под невысоким раскидистым деревом.

Брюс открыл сумку. Глаза Смуглой богини сверкнули, лицо напряглось.

— Мог бы — отдал бы всё тебе, — сказал Брюс с сожалением. — Но надо приберечь…

Он вынул три пластиковых флакона, потом подумал и добавил четвёртый. Остатка должно было хватить. Руки богини заметно вздрагивали, когда она прижала к груди эту драгоценность…

— Посидим на дорожку, — он сел сам и похлопал по толстому выпирающему из земли корню. — Ты мне так и не сказала…

— Я долго думала, — богиня присела рядом.

 — Боюсь, что я не придумала для тебя ничего. Всё случилось так внезапно… Дайте закурить.

— У меня только трубка…

Она глянула на него так, что руки Брюса сами торопливо принялись трубку прочищать, набивать, подносить огонь…

— Так вот, — богиня затянулась глубоко, глаза её полузакрылись, тело пробрала мгновенная дрожь. — Ох, хорошо… Так вот: я боюсь, граф, что вам полезна будет одна только Аматэрасу, она продержалась дольше всех — и, может быть, хоть что-то поняла.

Аматэрасу, она же Ираида… высокая такая. Спросите, покажут. Ладно, мне пора. Приплыть за вами?

— Попробую выйти прямо отсюда. Если же не получится… Ну, дам знать. Разожгу костёр. Трубку оставьте, оставьте. Вот ещё и табачок…

— Вам спасибо, Прекрасная. Может статься, вы только что спасли мир. Вы ведь можете это… как бы сказать… предвидеть?

— Могу, — кивнула Леда, аккуратно помещая трубку в декольте.

Чашечка смотрела вперёд, как удивлённый глаз. — Но не хочу. Не обессудьте.

Брюс вскинул на плечо сумку, встал. Подал руку богине, помог подняться. Наклонился, поцеловал в щёку. Ушёл быстро, не оглядываясь.

Она смотрела ему вслед. Потом пожала плечами и, гордо вздёрнув подбородок, зашагала к ладье.

В ожидании парабеллума

Случилось так: Крис печально играл на саксе, закрыв глаза и чуть пританцовывая то вперёд, то назад.