Марш королей

Часть его соглашалась с ними – в конце концов, он всегда следовал этому пути, который сам и избрал, и пути, который рационализировал все его существование. Но он не мог отрицать, что часть его начала задаваться вопросом – а может, было что-то еще. Возможно, с него довольно всего этого.

Больше всего изнутри его сжигала злость. И – как это ни странно – жажда мести. Не только по отношению к отцу, но к его убийце. Может быть, это всего лишь желание понять. Годфри хотел – ему было необходимо – знать, кто убил его отца.

Кто желал смерти короля? Почему? Как они обошли всех охранников? Как они избежали поимки?

Годфри проворачивал в уме все возможности, имена всех людей, которые могли желать его отцу смерти. По какой-то причине он продолжал думать о своем брате. Гарет. Годфри не мог перестать думать о той встрече – той самой, которую он покинул так внезапно – с его братьями и сестрой, когда их отец назвал своего приемника. Годфри слышал, что после того, как он ушел, его отец назвал имя Гвендолин.

На самом деле, возможно, это был единственный мудрый выбор, который его отец когда-либо делал. И, может быть, это было единственное, за что Годфри его уважал. Годфри презирал Гарета – брат был подлым интриганом. Это было самое мудрое решение, которое когда-либо принимал его отец, чтобы отстранить Гарета от правления королевством. А сейчас, посмотрите, к чему они пришли – Гарет коронован.

Что-то взыграло в Годфри – что-то, что не исчезнет, а только будет порождать большее количество вопросов о нем.

В глазах Гарета читалась ненависть – он заметил это еще в детстве. Годфри не мог избавиться от вопроса, а не имеет ли Гарет какого-то отношения к смерти их отца. На самом деле, часть его была уверена, что это так. Он не знал, почему, но знал, что никто не отнесется к его словам всерьез. Не к словам Годфри, пьяницы."

"Тем не менее, часть его чувствовала потребность в поиске ответов. Может быть, даже если только для того, чтобы загладить свою вину перед отцом, он должен восполнить свою потраченную впустую жизнь.

Если он не мог добиться одобрения отца при жизни, возможно, он сможет получить его после смерти отца.

Годфри сидел в таверне, потирая свою голову, пытаясь думать, пытаясь добраться до сути. Что-то таилось в темных уголках его сознания – некое сообщение, которое упорно изводило его. Это был образ. Возможно, воспоминание. Но Годфри не мог вспомнить точно, о чем именно. Хотя он знал, что это важно.