Его превосходительство желает увериться, что перед ним до чертиков натренированный хищник, разуверившийся во всем и вся, умный и хладнокровный убийца? Пожалуйста, сколько угодно. Увы, это так недалеко от истины, что мне нетрудно будет сыграть подобную роль.
– Вы предлагаете мне работу, хорошо, она меня интересует. Если мы договоримся об условиях – не вижу препятствий для исполнения. Вашу цену я выслушал, назвал свою. Вот, в общем-то и все. – Я гляжу в лицо Банникова, пытаясь разглядеть на нем блуждающие в его голове мысли.
Феликс Эдмундович, формулируя известную тираду о руках, голове и сердце настоящего чекиста, как-то забыл упомянуть, что у него должно быть каменное лицо. Тимофей Прокофьевич восполнил это досадное упущение. Прочесть по его лицу что-то можно лишь в том случае, если предварительно на нем что-либо написать. Хорошо, нам тоже особо спешить некуда. Во всяком случае, к столу нас ещё не позвали. Значит, пока подождем. Если согласиться на мои условия, значит, однозначно: обратный билет мне можно не покупать.
Следом за тем, как я сделаю своего подопечного, некто прикончит меня. При таком раскладе можно согласиться на любые условия. Почему бы и нет?
– Хорошо, – внимательно глядя мне в глаза, кивает генерал. – Давайте, скажем, в понедельник, вернемся к этому вопросу. Мне кое-что ещё надо будет обсудить с… – он тычет пальцем в небо. Видимо, до понедельника у него запланирована личная аудиенция у Всевышнего. Что ж, благое дело.
– Согласен. Как мы связываемся? – охотно соглашаюсь я."
"– У тебя есть мой рабочий телефон? Нет? На вот, возьми, – Тимофей Прокофьевич протягивает мне визитку из темного картона. – Позвонишь мне между часом и двумя. Встретимся и доведем дело до конца.
– Несомненно. Я на это очень надеюсь.
Вот это чистейшая правда. Поскольку, чем бы не завершилась данная встреча, одно уже ясно абсолютно точно – с этого дня я безвозвратно отношусь к категории людей, которые слишком много знают.
Может, и не очень много, но все равно слишком. А таких людей надо либо держать при себе, либо наоборот, пускать в расход. Испокон веков чаще практиковалась вторая метода, как более дешевая, но быть может, удастся убедить оппонента в необходимости первого варианта? Доживем – увидим.
Вот нас уже зовут обедать. Свита расстаралась, и фуршет нынче воистину генеральский. Пикник – да и только. Господа офицеры гулять изволят.
