Софринская бригада – спецназ внутренних войск и, по всему видно, что парень в неё попал отнюдь не по знакомству. Пара милиционеров, сопровождающих Сухорука, поглядывает на него с явной опаской.
– Все, ребята, вы свободны, – отсылаю я конвой.
– Проходи, Георгий. Вот твой военный билет.
Младший сержант смотрит на меня с некоторым подозрением.
– Андрей Владимирович, ты тут сам управишься? – обращаюсь я к Стрельцову, отставляя в сторону недопитый чай.
– Надеюсь, – кивает он.
– Вот и славно. Тогда мы с Георгием Олеговичем пойдем немного прогуляемся.
Вечером свяжемся. Идет?
– Идет, Александр Васильевич.
– Тогда успехов… – я поднимаю руку в приветственно-прощальном жесте. Успехи теперь действительно ожидаются.
Мы спускаемся по лестнице. Стельмах стоит у входной двери с парой своих подчиненных и о чем-то оживленно переговаривается с ними, дымя сигаретой.
– Ну что, майор, все в порядке?
– В какой-то мере, да. Но, скорее, по моему расследованию, чем по твоему. Сержант к вчерашнему ограблению не причастен – это я тебе говорю со всей ответственностью.
– Забираешь его с собой? – интересуется он, глядя на моего спутника.
– Обязательно, – заверяю я его.
– Может сопровождающего дать? – капитан вопросительно смотрит на широкоплечего вэвэшника.
– Обойдемся как-нибудь. Но за предложение спасибо.
На улице пусто. Даже моторизованные топтуны куда-то подевались. Пешеходам, спешащим по своим делам, нет никакого дела до двоих медленно прогуливающихся по городу мужчин.
– Я так понимаю, что вы меня знаете? – нарушает молчание Сухорук-младший.
– Вас – нет. А вот с вашим отцом нам пришлось заниматься одними и теми же проблемами. Однако не буду изображать из себя графа Монте-Кристо – я майор Лукин Александр Васильевич. Контрразведка.
– Очень приятно. – Мой собеседник кривит губы в весьма искусственной улыбке. – Чем обязан?
– Я вижу, доверять ты мне не склонен, – начинаю я таинственный обряд вербовки.
– Честно говоря, не очень, – угрюмо цедит он.
– Благодарю за откровенность. Я почему-то так и подумал.
– Мой отец был убит. Потому что занимался этим делом. Генерал Рыбаков тоже получил пулю в голову. Из-за того, что что-то знал о нем.
– Ты знаешь что?
– Не знаю. А знал бы, не сказал. Вы называете мне первое попавшееся имя, говорите, что работали с моим отцом, и я должен вам верить? Чего вдруг?
– И все-таки желательно. Поскольку кому-то тебе верить надо.
