Можете ли вы сказать что-либо в свое оправдание?
До него начинает доходить смысл происходящего. Он смотрит на меня, на Валеру, опять на меня.
– Так, понятно, – губы Яковлева кривятся в злобной ухмылке. – Первое главное управление?
– Не будем играть в угадайку, Анатолий Ильич, но суть вы ухватили верно.
– Тогда, думаю, вы меня поймете. Я выполнял приказ.
– Да. Понимаем. Это, безусловно, смягчающее вину обстоятельство. Но есть одно «но»… Вот уже неделя, как мы не работаем на государство.
– Вы…вы хотите сказать, что я приговорен?
– Именно так.
– Спальник и гантели для меня?
– Угадали.
– М-да. Печально, конечно, но делать нечего! – продолжает ухмыляться он, не спуская с меня глаз.
Я гляжу в них и не вижу страха. Ненависть, волчью злобу, безысходность – да, но не страх. Он ожидает смерти с каким-то, может быть, ему самому непонятным азартом. Всегда уважал людей, проигрывающих достойно. В наши дни это большая редкость.
– Но прежде, чем приговор будет приведен в исполнение, вы должны будете сделать ещё одно дело.
– Какое? – со все той же глумливой насмешкой во взгляде спрашивает Яковлев.
– Вы позвоните Баландину и сообщите ему, что все прошло успешно, и вы можете продолжать наблюдение.
– Я не сделаю этого, – радуясь последней возможности досадить нам, произносит Яковлев.
– Сделаете, – утвердительно киваю я. – Непременно сделаете. Вы же прекрасно понимаете, что вариант с отказом у нас просчитан. Обойдемся сами, но в Москве у вас остались жена и дочь…
Вот тут он бледнеет, и зрачки его расширяются.
– Вы не посмеете!
– Анатолий Ильич, не говорите глупостей! Рыбаков, кажется, называл вас своим другом?
– Да.
– И вы убили его, потому что был приказ. Мы же с вами из одной структуры. Какие у вас могут быть сомнения? Умереть вам действительно придется – это факт. Но в одном случае – месть до седьмого колена, в другом – неизвестная страховая фирма выплачивает вашей жене солидную пожизненную пенсию. Так что выбор у вас есть…
Вскоре все было кончено. Генерал Баландин мог спать спокойно, а упакованное в спальный мешок тело бывшего подполковника КГБ с тихим плеском ушло за борт.
Ликвидировав следы, мы собрались было отогнать машину куда-нибудь подальше и оставить, скажем, у ночного клуба или ресторана, но тут зазвонил телефон.
– Это Пашка, – сообщил майор Пластун, прикладывая трубку к уху. – Да. Да. Что? Ты уверен? Все проверил? Ты уже там? Кто? Понятно. Короче, слушай меня внимательно. Будь на связи, я тебе перезвоню в течении часа.
