Маршал Сталина. Красный блицкриг «попаданца»

Но вот первый танк поравнялся с командным пунктом Черняховского, до которого от шоссе было меньше километра. Немцы были уже так близко, что в бинокль получилось весьма недурно рассмотреть уставшие лица командиров, высунувшихся из башенных люков. Война ведь не прогулка по парку, а тяжелая работа с высоким шансом умереть…

— Федосеев, сигнал! — скомандовал Черняховский.

— Есть! — козырнул майор с весьма обрадованным видом. Ему тоже надоело ждать, и над позицией КП, весело шипя, взметнулись два зеленых росчерка.

То тут, то там сразу же стали оживать огневые позиции, отдаваясь то уханьем минометов, то заливистым стрекотом пулеметов, рвущихся наперебой что-то кому-то доказать, то жестким тявканьем противотанковых орудий.

Головные танки, получив по несколько тридцатисемимиллиметровых снарядов, замерли. Остальные же резко стали сворачивать с шоссе, на ходу паля короткими очередями в сторону замеченных ими советских огневых точек. Или просто куда-то «в ту степь» для успокоения нервов.

— Товарищ полковник, — раздался из-за спины голос начальника штаба.

— Смотрите! ПТО Захарова разбито.

— И что? — повел бровью полковник. — Куда отступать? Не видишь с какого направления танк прет? Он нас пулеметом всех положит, как сорвемся. За гранатами. Бегом. Взводу охранения отсекать пехоту, как метров на сто подойдут. Все понял?

— Исполнять! — рявкнул Черняховский, видя сильное смятение начальника штаба. Первый раз в своей жизни человек попал в настоящий бой. Черняховскому в этом плане повезло больше — у него за спиной была Испания и та знаменательная прогулка по тылам франкистов вместе с Тухачевским.

Только Иван Данилович проводил взглядом буквально испарившегося начальника штаба, как на командный пункт обрушился залп батареи полковых пушек. Причем кучно так… видимо, глазастые наблюдатели заметили странную активность. Вот и подстраховались. Однако КП хватило. Рацию разворотило. Дежурного связиста и ординарца убило. А самого полковника только чудом не зацепило.

Черняховский сориентировался мгновенно и рванул с командного пункта как ошпаренный. И вовремя — противник дал еще один залп, порушивший там все окончательно. Для подстраховки.

Чуть отдышавшись и оглядевшись, Иван Данилович заметил в двух десятках шагов начальника штаба. Тот лежал в неестественной позе, а практически вся затылочная часть головы была снесена — видимо, зацепило осколком.

— Товарищ полковник! — окликнули его из другого хода. Он обернулся.