Маршал Сталина. Красный блицкриг «попаданца»

— И как вы будете выкручиваться в ситуациях выявления вот таких прорывов?

— Во-первых, Советы и сами не афишируют свои успехи, делая все молча и тихо. Думаю, нам нужно им помочь в этом деле, сдавая шаг за шагом германскую агентуру русским. Во-вторых, у нас всегда есть благословенная карта «купили завод с новейшим оборудованием и наняли инструкторов из США, сами же не могут и болта нормально ввернуть, да и вообще, вы больше наводите паники…». Грубо, конечно, но, учитывая тот факт, что мы полностью контролируем германскую разведку, шансы неплохие.

— Вы правы, грубо. Но будем надеяться на ваш успех. Что-нибудь еще по этому заводу?

— Конкретно по этому заводу — больше ничего нет.

— Как вы думаете, сколько в СССР таких вот чудо-заводов?

— Не думаю, что много, — пожал плечами Энтони Иден. — По косвенным сведениям — десятка полтора. Может два. И они все подчинены Военно-промышленному наркомату. Однако сведения только косвенные и не проверенные по многим вопросам.

— И все-таки, — вопросительно посмотрел на Идена Чемберлен.

— Удивительно… получается, что в этом вопросе они смогли обогнать нас, — с весьма кислым выражением лица произнес Чемберлен.

— Об этом еще рано говорить. Я ведь говорил только в передовых достижениях. Но большая часть нефтепереработки у них до сих пор ведется архаичными способами.

— И каков ваш прогноз?

— Думаю, что к концу следующего года они смогут полностью закрыть свои потребности по жидкому топливу, особенно по высокооктановому. Ведь уже сейчас они начали производить этилированную «сотку» на основе своего бензина Гудри.

— Это очень плохо, — покачал головой Невилл Чемберлен.

— Мы пытаемся этому помешать, сэр, но увы, после чистки прошлого года у нас осталось очень мало агентов влияния в руководстве СССР. Да и те — опасаются выступать.

— Пробуем. Одну уже провели. Но вряд ли это серьезно поможет… мы теряем влияние на СССР буквально с каждым днем. Уже сейчас нам максимум что остается — наблюдать. Из активных ресурсов у нас только несколько банд осталось.

— Потому что в СССР с прошлого года началась совершенно неожиданная борьба с уголовными авторитетами. По сути, травля. Теперь в местах лишения свободы они находятся в самом сложном положении, а их количество стремительно уменьшается. Видимо, кто-то в руководстве Советского Союза решил избавиться от этой категории людей.