Маршал Сталина. Красный блицкриг «попаданца»

— А что это за звуки? Ворвались на позиции?! — задал вопрос Тухачевский, на который не мог ответить ни санитар, ни кто бы то ни было в блиндаже. Подождал несколько секунд в полной тишине. Потом, зарычав от боли, поднялся и двинулся к выходу из блиндажа. Санитар уже не причитал, тоже отчетливо слыша звуки близкого боя.

Возле выхода из блиндажа лежало много всякого имущества, снятого с раненых. Поэтому, забыв про свой пистолет, Тухачевский подхватил малую пехотную лопатку здоровой правой рукой, повернулся к остальным раненым и тихо произнес, медленно и тщательно выговаривая каждое слово:

— Не хочу ждать, пока японцы ворвутся сюда и заколют меня штыком.

Кто может держать в руках оружие и драться — за мной. — После чего повернулся к двери и, открыв ее левой раненой рукой, взревел не то от боли, не то от ярости и ринулся куда-то наружу. Туда по траншее, откуда доносились звуки сражения. А за ним из блиндажа потянулись иные раненые бойцы, с холодными, полными злобы и боли глазами. Уж больно стыдно им стало, что маршал не чурается идти в последний свой бой раненым, а они разлеглись. Что он будет для них последним, никто не сомневался. А потому шли с уверенностью и спокойствием трупов, которые хотят только одного — забрать с собой как можно больше врагов…

— Здравствуй, Лаврентий. Что у тебя?

— Товарищ Сталин, были получены предварительные сведения об инциденте «Вьюга».

— Во время наблюдения с командного пункта номер семь за артиллерийским налетом на японские войска Лазарь был ранен в левое плечо.

Опрос очевидцев подтвердил случайность ранения пулей, прилетевшей со стороны противника. Версия снайпера нами была отработана и не подтверждена. Криминалисты остановились на версии шальной пули. После ранения ему была оказана вся необходимая помощь без промедлений. Пуля удачно прошла навылет в мягких тканях, не повредив ни крупных сосудов, ни костей, ни сухожилий.

— Навылет? Это ведь не пуля на излете.

— Все верно. По мнению криминалистов, стреляли примерно с пятисот-шестисот метров из стандартной винтовки японской армии.

Этот прецедент случился по той причине, что Лазарь планировал отрезать артиллерийским огнем противника и заставить его залечь, дабы увеличить потери из-за повышения времени обстрела. Японцы отреагировали сначала, как и ожидалось, бросившись врассыпную, а потом, когда в укрытиях стали взрываться мины, побежали вперед — туда, где не было видно взрывов. Их ждал заслон, но часть бойцов противника все-таки прорвалась к командному пункту.