Маруся и близнецы

— Вы как корзинку нашли? Там же змея была! — вспомнив о ней, Маруся передернулась, вновь ощутив холод под кожей.

— Как змею мы нашли, ее интересует, а как ее саму — нет, — хмыкнул Никита.

Он успел ополоснуться в летнем душе и вошел в баню в одних шортах — и босиком.

Протянул ей маленькую стопку, заполненную желтоватой жидкостью.

— Что это?

— Пей, — сказал он. — Настойка на ста травах от местной ведьмы. От желудка, от бесплодия, от нервов, от импотенции, от головной боли, от страха, от бронхита, от чесотки, от стресса и черт знает еще от чего.

— Фу, не буду.

— Принести вискаря? У Германа что-нибудь должен быть.

— Не лезь в папины вещи! — мгновенно ощетинилась Маруся.

Взяла стопку, повертела в руках, понюхала — и выпила одним глотком.

Запах лесных трав оказался не противным, как она боялась, а ласковым, успокаивающим. И сразу чуть отпустила нервная дрожь.

Макар присел на корточки, принялся ощупывать ее ноги, начиная с исцарапанных ступней. Натыкаясь на порезы или укусы, смазывал их чем-то пахучим, а один раз цокнул языком и велел не смотреть.

Маруся со второй рюмкой в руке послушно зажмурилась.

Что-то такое он там делал — больно и неприятно. Она была рада, что не смотрела.

— Ты давно врач?

— У нас был курс первой помощи, — отозвался вместо него Никита.

Он тоже махнул настойки под укоряющим взглядом брата.

— А мне? — потребовал тот.

— У вас — это где? Где вы учитесь? — запоздало заинтересовалась Маруся.

— Где мы только ни учились… — Никита убрал настойку в шкаф и встал в дверях, прислонившись плечом к косяку.

С его влажных волос капельки воды падали на голую грудь и прокладывали влажные дорожки по загорелой коже.

— Это от стекла в тот день? — сбил ее с мысли вопрос Макара.

Маруся хотела узнать про то, чем они занимаются, но он приподнял ее ногу, положив себе на колено. Там на лодыжке полумесяцем белел старый шрам.

— Тем летом, да, — кивнула Маруся. — С вами на озере.

— Ты тогда всю квартиру нам кровью залила, — с каким-то детским восторгом вспомнил Никита.

— Завидовали?

Маруся никому бы не призналась, как ей приятны поглаживания пальцев Макара. Он закончил с лечением но не спешил сворачивать медпункт. Сидел на корточках и массировал ее ступню. Потом и вовсе перестал стесняться и положил себе на колени обе ноги и начал разминать их энергичными движениями.

— Конечно! Девчонка — и настоящее ранение! Мы тоже хотели, — хмыкнул Никита.

— Лодыжку подворачивала? — тихонько спросил Макар.