Маша и Медведь. Эророман с пирожками (СИ)

Полы распахиваются, и вываливается моя грудь нескромного пятого размера.

Опустив поднос, пытаюсь захватить обе полы руками. Но…

Едва успеваю охнуть, как оказываюсь животом и голой грудью прижата к столу крепким и мускулистым торсом босса.

А после его большие и горячие ладони начинают скользить по моему телу, спускаясь в самый низ не слишком длинного халата.

Добравшись до ног, плавно поднимаются вверх под халатом, разгоняя по моей коже табуны безумных мурашек.

- Михал Мих-алыч, что Вы там ищ-щите, - заикаясь, выдыхаю со стоном.

- Пирожок уже нашел. Перестань дёргаться, - рычит на ухо Медведь, обдавая мою щеку жаром.

- Д-дерг…что?! Да я под вами даже дышать не могу, - мямлю и вздрагиваю, пока правая рука босса жмакает мои булки, а левая…

- Хоспадя, Вы куда пальцы с-су-е-те?! Вам что там мёдом намазано?

- Пирожкова! Что это?! - босс замирает, потому как его пальцы упираются в преграду…

- А Вы как думаете?! Крышка от бочонка меда что-ли?! Девица - я ещё, - выдыхаю и стону от стыда и собственной глупости.

- Предупреждать надо, Маша…

- А язык Вам на что? - шепчу, подразумевая слово “говорить”.

- Язык?! Ну, это я сейчас покажу, - хрипит медведь.

Не успеваю даже охнуть, как Михайло резко переворачивает меня на спину.

Подхватывает мои ноги и разводит колени в сторону, вклиниваясь между ними.

И снова оказывается сверху.

Мы пристально и напряженно смотрим друг на друга.

Дышим, как два быка, которые сейчас должны ринуться в бой.

Одновременно зеркально облизываем губы.

Вид розового влажного языка Медведя заставляет меня вздрогнуть.

Пытаясь скинуть наваждение, быстро моргаю ресницами.

Легче не становится. От волнения мой рот наполняет вязкая слюна.

Я громко сглатываю и шумно втягиваю воздух носом.

В этот момент резко дергается моя оголенная грудь. Ее бы я назвала “вишенкой” на торте несуразно-пикантной ситуации.

Из-за отскочивших пуговиц мои полушария разошлись в стороны, как две половинки персика.

Во время вдоха я постоянно ими невольно касаюсь груди Медведя.

От волнения и еще чего-то совсем мне не понятного, мои груди начинает покалывать и распирать, а соски превращаются в острые горошины.

Они постоянно трутся о широкую и твердую грудь медведя, прикрытую тонкой тканью сорочки.

Понимаю, что мы оба это чувствуем.

Стыдясь, снова хлопаю ресницами. Но…

В это раз Михайло не зеркалит меня.