Маша и Медведь. Эророман с пирожками (СИ)

Он переводит свой жадный взгляд зверя, готового к нападению, на мои груди и со стоном роняет в расщелину между полушариями свое лицо…

Михайло урчит и мнет мои груди, как наш кот “Фюрер”, когда приходит проявить свою любовь и получить мою взамен.

Я затихаю мышкой, стараясь Медведю не напоминать о себе. Словно груди и не мои совсем.

По тому, что ужасно сильно упирается в мой лобок, понимаю: лучше не шевелиться, дабы не возбудить Михайло еще больше.

Пока “топтыгин” не вынырнул из грудной расщелины, думаю, что мне сделать, чтобы выйти из этой передряги живой и невредимой.

“Господи, ну ведь никак его не провоцировала. И чего “мишку” так понесло. Взрослый, умный,

красивый, сексуальный, с такой харизмой…Ой, ну зачем я об этом думаю, он и так… Без своей харизмы мне пальцами в трусы…Ой, Божечки, и не только в трусы залез…И зачем он сейчас еще и трется об меня?! У меня и так в трусах потоп. Еще и застежка на бюстике сломалась”, - посыпаю голову пеплом, ругая себя последними словами и вспоминая неприятный разговор со старшим братом Иваном Михайловичем.

На самом деле из троих братьев именно в присутствии старшего я всегда чувствую себя неуютно.

Иван напоминает мне огромного и вечно настороженного гризли.

Не знаю, как на других, но на меня он смотрит всегда с подозрением, словно ожидает подвоха или опасности.

Прошло два месяца, но я до сих пор вспоминаю этот разговор с обидой.

К сожалению, в тот момент меня хватило лишь на то, чтобы сказать: “Все поняла. Дважды повторять не нужно!”

После этих слов, не дожидаясь ответа, я просто развернулась и ушла.

Сейчас же лежа под средним Медведем и вспомнив все сказанное Иваном, понимаю: надо срочно и очень аккуратно выскальзывать из-под МихМиха.

Как бы на самом деле все не обстояло, виноватой в случившемся окажусь только я.

Закруглив свою мысль, перевожу взгляд на “топтыгина”.

Вижу, Михайло пристально смотрит на меня и хищно облизывается.

Не могу представить, что означает это плотоядный взгляд. Но…

Явно ничего хорошего он мне не сулит.

От взгляда Михаила мне становится жарко так, что я покрываюсь испариной.

Чувствую: капельки пота начинают стекать по моим вискам.

Аккуратно убираю ладони с его широченной и совершенно каменной груди.

Руки меня слушаются плохо, потому что дрожат.

Правой пытаюсь соединить полы халата, но тут же слышу рык: “Нет!”

Левой смахиваю мокрые кудри с лица.

И снова непроизвольно провожу языком по верхней губе, чтобы убрать соленую влагу.

Не понимаю, какую игру со мной затеял Медведь.