Мне бы радоваться — еще малая чуточка, и по домам. Работа сделана, отчет в ажуре. Наши, как и положено, победили. Ура! Получай оклад, премию и десять дней заслуженного отдыха.
Но почему-то не радостно. Даже тревожно. Говорят, точно такую же тревогу испытывали фронтовики, когда вдруг внезапно замолкали орудия. Им бы вздохнуть облегченно: осколки, пули не свистят, штыком в грудь никто не тычет. Живи — не хочу. А они настораживались, аппетит теряли, сон. Хоть бы уж скорее закончилась эта странная тишина…
Вот и меня терзают какие-то дурные предчувствия.
И хочется, чтобы скорее прошли эти последние дни, и боязно, что в самом конце что-то непременно случится. Ну не может не случиться. Не верю я в тишь да гладь. Мне еще в детстве в приключенческих книгах внушили, что после штиля непременно следует буря. Нет, не случилось! Ровным счетом ни-че-го не случилось! Тишина.
С трудом скрывая радость, сворачиваются технари, похоже, их тоже чертовски измотало это провинциальное спокойствие.
Не привыкли они вот так: пусть без небольших, но происшествий. Не в учебном же классе, не на стенде три недели вертели они свою аппаратуру. Даже охранник, чуя скорую свободу, расслабился, стал допускать мелкие промашки.
Но я их не фиксирую. Мне не до них.
Я, словно лев в клетке, мечусь противоречивыми мыслями в замкнутом пространстве собственной черепной коробки. Я хочу домой, но не могу освободиться от вязкого присутствия во мне этого чертова подозрения. Я знаю, что операция завершена.
Но одновременно сомневаюсь в ее успехе.
За все время наблюдения не накопал ни единого самого малого факта, который можно было бы истолковывать как опасность. И именно поэтому она кажется мне реальной.
Я опасаюсь отсутствия опасности! Идиотский парадокс? Нет, скорее неписаное правило, подтвержденное печальным опытом предыдущих поколений разведчиков. За тихой жизнью нередко скрывались самые грандиозные провалы. Наверное, в этом есть своя логика. Когда тебя начинают пасти серьезно, за тобой не ходят мелкие шпики, это уже без надобности.
И, радуясь тому, что жизнь вдруг так полегчала, ты не догадываешься, что тебя просто стали защищать и опекать всемогущие, но враждебные тебе силы. Не могут они допустить, чтобы их контригра сорвалась из-за случайной встречи опекаемого резидента с уличным грабителем или вором-домушником, залезшим в форточку. И образуется благополучный вакуум, который страшнее грохота боя.
