Зорро же развернулся в противоположную от них сторону и неотрывно смотрел на принцессу. Она уже успела выйти из угла, но, встретившись взглядом со своим спасителем, вновь начала отходить назад. С каждым их шагом в помещении становилось все тише. Несколько раз Изабелла пыталась сменить направление, но Зорро пресекал каждую подобную попытку, загоняя принцессу обратно. Девушка вжалась в стену, мечтая, чтобы та расступилась и приняла ее внутрь, как внезапно почувствовала слабость в ногах и медленно сползла вниз. В следующий момент она уже была в руках молодого человека.
Он пристально смотрел в ее напуганное лицо. Точно так же, как смотрели на нее до этого губернатор со своим другом и их сыновья. Его зеленые глаза разгорались все ярче и ярче.
Изабелла чувствовала каждый изгиб его тела, его горячее дыхание, его взгляд. Такой опасный, но такой притягивающий… И почему-то такой знакомый…
Молодой человек легко поднялся на ноги и помог встать Изабелле, висящей в его руках, как тряпичная кукла.
- А где Монтесеро? – послышался справедливый вопрос.
Зорро убедился в том, что принцесса держится на ногах, неслышно подошел к столу и что-то ткнул носком сапога.
Послышались приглушенные проклятья. Присутствующие уважительно отвернулись и поспешили вступить в моментально ожившую беседу. Слуги начали приводить в порядок опрокинутую мебель, из-за которой выползли музыканты, оправдываясь тем, что им нельзя травмировать свои утонченные руки. Впрочем, надо отдать им должное, грозное происшествие никоим образом не сказалось на их мастерстве, и через несколько минут музыка вновь наполнила парадный зал.
Монтесеро же с пристрастием занялся распеканием своего воссоединившегося отряда.
- Ты в порядке? – подошел Зорро к принцессе, тут же пошатнувшейся от его приближения.
- Да, спасибо... – прошептала Изабелла, интуитивно схватившись за его протянутую руку. Она не понимала, что с ней происходит. На ее памяти у нее никогда так часто не подкашивались ноги, не дрожали пальцы и не перехватывало дыхание с кем бы рядом и в какой ситуации она не находилась.
Но каждый взгляд этого молодого человека или жест в ее сторону вызывал в груди необъяснимый трепет и выбивал землю из под ног... Она сделала глубокий вдох и сжала изящные кулачки. – И вообще, что Вы себе позволяете? Не смейте меня трогать!
- Тысяча извинений, – Зорро отошел в сторону с едва уловимой улыбкой на губах.
- Благодарю! – отрезала Изабелла и, вздернув хорошенький носик, гордо прошествовала к своему месту.
