Короче, предупреждать надо, Грета. Мой первый седой волос будет посвящен вашей некромантской семейке.
Выпалив это все эйта Краст отвернулась, обняла Финли за шею и тихо зарыдала. Сквозь всхлипывания можно было расслышать что-то о похоронах, невкусных пирожках и замерзающей земле.
— Это было незапланированное приключение, — мягко произнес Алистер и Грета резко повернулась к нему:
— Все хорошо? Твое проклятье снято?
— Я чувствую себя прекрасно, хоть и жарковато, — улыбнулся некромант. — Позже станет понятней — так же хорошо я себя чувствовал после твоей магии.
«Тирну успокойте, герои вредители. Я — лиса, а не губка для впитывания слез», проворчала Финли и, в противовес словам, лизнула эйту Краст в щеку.
Оказалось, что подруга стащила на постель все, что только нашла: три одеяла, два плаща и все свои и Гретины платья.
— Я пыталась вас укрыть, но вы все равно замерзали, — стерев слезы, Тирна поднялась на ноги, — давайте разбудим повара и выпьем кофе. До рассвета два часа, но я уже не усну.
— Я тоже выспалась, — передернулась Грета.
— Не надо никого будить, — мягко произнес Алистер, — сейчас я все принесу. Кроме кофе что-нибудь еще хотите?
«Горячий шоколад и мясо», мурлыкнул дорф.
«Горячий шоколад и пирожные», вторила ему Финли.
— Что-нибудь съедобное, — попросила Грета и добавила, — я ужасно голодна.
— Да, я бы тоже не отказалась, — кивнула Тирна.
Некромант выбрался из-под кипы одеял и одежды, прищелкнул пальцами и по его одежде проскочила зеленоватая волна света. После чего никто бы не смог догадаться, что минутой ранее на нем была нижняя рубаха и мягкие ночные штаны.
Нет, сейчас Алистер щеголял в камзоле, черных, грубоватых штанах и высоких сапогах со стальными бляхами.
Пока его не было подруги успели прибраться в комнате и развесить платья в шкафу. Из комнаты Тирны был принесен дополнительный стул.
— Надо открыть окно, — Грета обмахивалась своим блокнотом, — чем ты так нагрела комнату?
— Спроси что-нибудь другое, — ответила Тирна, — я вообще не помню, как согревала воздух.
Что произошло?
Распахнув окно, Грета вытащила плотный халат и надела его поверх своей простой ночной рубашки."
"— Что произошло? — переспросила она, — я не очень хорошо это поняла. Вечером у Алистера начался приступ головной боли, а я попыталась его купировать. Он уснул первым, затем сморило меня. Вот только вместо крепкого и долгого сна мое сознание оказалось в мире смерти. Это было ужасно страшно. Я шла босиком по костям и пыталась найти Алистера.
