Мастер снов

Они с радостью помогут тебе адаптироваться.

– Я… боюсь. – Она посмотрела на меня с реальным испугом, в один миг растеряв весь свой опыт и превратившись в маленькую девочку. – Я не хочу, чтобы меня заперли.

– Эйни, – я опустил руки ей на плечи и наклонился, заглядывая в растерянные глаза, – ты же не дэймос.

– Мэтт, я видела… – Она ухватила меня за рукав и теперь машинально перебирала ткань рубашки. – Мое тело сновидения… оно не слушается меня, как будто… как будто оно уже не мое, или его занял кто-то другой, или оно подчиняется чужим приказам.

– Это невозможно, ты же знаешь. – Я старался говорить как можно более уверенно и спокойно. – Не так давно я прочитал лекцию своей ученице о том, что такое мир снов. Могу повторить для тебя.

– Я понимаю, почему Леонид шарахается от меня и Барба тоже, – произнесла она быстро и глухо, продолжая теребить материал, нащупала пуговицу и стала дергать ее. – Сначала, когда я очнулась, все были безумно счастливы, но потом… они чувствуют, я не такая, как прежде. Я изменилась.

– Но Ирис, как я вижу, рада по-прежнему. – Я деликатно высвободил из ее холодных пальцев пластиковый кругляшок, и Эйни отстранилась, поставила локти на парапет, глядя в море, ветер откинул волосы с ее лица.

– Ирис такая же, как я. Ей близок тот мир. Интуитивно близок. А для остальных я могу быть опасна.

– Почему ты так думаешь? – Я встал рядом с ней бок о бок, тоже глядя на далекие волны.

– Я видела свое тело сновидения здесь, в реальности, – прошептала она.

– Тебе не показалось? – спросил я осторожно.

– Нет, – усмехнулась она. – Я прекрасно умею отличать сны от яви. Кажется, я вскрикнула, уронила стакан. Он разбился. Прибежал Леонид, и она… я исчезла. На следующий день я видела ее в ду́ше. А вчера она перебирала одежду Леонида… Мэтт, – целительница посмотрела на меня с безумной надеждой: – Ты знаешь, что происходит? Ты сталкивался с таким?

– Даже не слышал.

– Н-нет, – произнесла она с запинкой. – Это появляется, когда я одна.

– Эйни, повторю еще раз, тебе нужно обратиться в Пятиглав."

"– Я обратилась к тебе! – воскликнула она с ожесточением. – Я прошу твоей помощи! Мы были не очень близки, но я знаю, ты всегда относился ко мне с симпатией.

– Мы не столько нуждаемся в помощи друзей, сколько в уверенности, что мы ее получим[5], – пробормотал я в глубокой задумчивости.