Матабар. II

Он, если бы была возможность, вообще заранее сдался перед каждым противником и отправился в самый конец списка.

Его задача — протянуть полгода и вернуться домой, а с жизненными дилеммами, тайнами семьи и прочими неурядицами он разберется уже в Дельпасе. А для этого требовалась стипендия, а не бодание с…

— Пожалуйста, Великий Князь Иолай, раз вы вызвались, то будьте добры выйти из строя.

И с этими словами вперед вышел юноша, которого Арди видел на балу. Родственник Анастасии. Сын, кажется, её двоюродного дяди.

Немногим выше самого полковника, с черными волосами, прореженными белыми прядями. Они были стянуты в тугой хвост и убраны за воротник куртки. Посох из неизвестной Ардану породы дерева он сжимал тонкими, длинными пальцами. Лицо чем-то напоминало эдакую помесь выдры и хорька, а острый нос лишь дополнял картину. Не говоря уж про узкие плечи.

Иолай был весь какой-то нескладный, а темные глаза сияли нездоровым блеском. Но…

— Раз сегодня все без погон, то назовите количество звезд и лучей, — распорядился Кштовский.

— Красная звезда, — голос какого-то-там-по-счету претендента на престол Империи, скрипел не хуже не смазанных петель. — Девять лучей.

Но при всей своей внешней непритязательности, Великий Князь Иолай Агров являлся обладателем полной Красной Звезды. Достижение, которое нельзя подделать или добиться обходными путями.

Так что неудивительно, что когда полковник спросил:

— Кто из присутствующих желает составить компанию учащемуся Агров? — не поднялась ни одна рука…

Ардан, с удивлением, обнаружил, что один человек, все же, вызвался.

— Что же, тогда прошу…

— Господин полковник, — Иолай внезапно перебил Кштовского. — Могу ли я сам выбрать оппонента.

Полковник в недоумении выгнул правую бровь, после чего пожал плечами.

— Это не представляет слишком уж большой разницы, так что да — можете.

Ардан, в детстве, слушая сказки дед… прадедушки, всегда посмеивался над такими ситуациями.

Никогда бы он не подумал, что окажется на месте главных героев сказок именно с такой, далеко не очень приятной позиции.

Вот, наконец, темный, блестящий взгляд остановился на его фигуре и лицо Великого Князя исказила самодовольная усмешка.