Матабар. II

Туда же, третьим, заняв все оставшееся свободное место на диване, приземлился и Миломир.

Андрей с Арданом сели назад. Как только двери закрылись, а Лиза, дернув рычаг коробки передач и вдавив педаль газа, отправила их вниз по улице, то Андрей достал листок бумаги и протянул Ардану.

Там была, совсем не от руки, а, скорее, типографским станком, выведена печать.

Но, на недоумение Арди, Андрей ответил приложенным к губам пальцем и кивнул на Эльвера, обсуждавшего с Лизой их план подъезда к нужном зданию и, собственно, дальнейшего побега.

Арди сдержано кивнул. Видимо Андрей опасался коротышку и потому наплел, что запомнил печать. Его, наверняка, проверяли и тот изобразил часть чертежа. Запомнить, скажем, одну из секций печати, при должном старании и большом количестве свободного времени, мог любой, даже не обученный человек… и не человек.

Ардан открыл гримуар и, перелистнув страницы, вгляделся в чертеж Андрея и в отмычки Незнакомца, записанные в своей книге.

Ардан закашлялся, подавившись воздухом.

— Все в порядке, господин маг? — глядя в зеркало заднего вида, спросил Миломир.

— Д-да, разуметеся, — чем-то напоминая Андрея, заикаясь ответил Арди.

Ардану показалось, будто он тонет и, в нелепых попытках, пытается схватиться хоть за что-нибудь, но пальцы лишь скользят по водной толще, не встречая ничего надежнее сухой соломинки.

Причем мало того, что печать оказался безумно сложной, так еще и часть краски была местами смазана. Благо сквозь пятна, если приглядеться, все же можно было различить нужные символы.

Только теперь, глядя на застывшее перед ним на бумаге чудище, Ардан начал понимать, почему Звездная Магия одолела искусство Эан’Хане. Если из ста тысяч звездных магов, за четверть века, можно было обучить хотя бы двух, кто справится с созданием подобного, то…

Юноша покачал головой и принялся за дело. Спасибо хотя бы за то, что ему не требовалось ломать эту неприступную стену, а найти в ней лишь небольшую лазейку. Что-то сродни тем головоломкам, которые Ардан обожал с детства.

Прикусив кончик языка, Арди начал внимательно читать руны и исследовать контуры. Все его внимание оказалось приковано лишь к печати и только к ней одной.

Светом ему служили огни от пролетавших мимо вывесок, отражавшихся в размытых лужах, окутывавших точно таких же неясных прохожих, ютящихся в одежде, задирая воротник и открывая зонтики, словно те могли как-то спасти от ночного ненастья.

Их автомобиль плыл среди себе подобных.