Матабар. II

— А как именно мы это сделаем… не знаю. Я начну стрелять и выиграю вам время, а вы, Ард, постарайтесь наколдовать что-то такое, что выбьет дверь в тамбур. Желательно вместе с ублюдками.

Легко сказать… и тут Арди осенило.

— В темноте видите? — спросил он.

— Тогда, как станет темно, стреляйте. Я буду у вас за спиной, чтобы вы в меня не попали случайно.

Она спросила что-то еще, но Арди не слушал. Он распахнул гримуар и, пролистав страницы, нашел то, что искал. Внимательно вглядываясь в чертеж печати, Ардан мысленно начертил её, зачерпнул Лей, чувствуя как тепло перетекает из руки в посох, а затем ударил им о пол.

На мгновение под его ногами вспыхнула алая печать, сверкающая синим контуром, а затем из посоха, будто из чадящего дымохода, громадными клубами заструился ледяной мрак.

Морозная Тьма, так называлась печать Незнакомца-Николаса. Темное пятно мгновенно окутало вагон, заставляя поверхности стен, столов и пола покрыться сеточкой снежных узоров. Изо рта Аллы вырвалось облачко пара.

— Имперский маг! — выкрикнул обладатель действительно заметного акцента. Кастильского или нет — Арди понятия не имел. — Стреляйте. Энхиль, переписывай быстрее!

Со стороны следующего вагона послышались оглушительные звуки выстрелов, эхом игравших на стенах. Задрожала посуда, попадали кастрюли, а дверь, будто циновка, оказалась мгновенно продырявлена десятком свистящих пуль.

Алла же, все это время, не двигалась. Все так же, опустившись на правое колено, используя тележку в качестве упора, она держала взведенными курки и не сводила прицелов с тамбура.

Ардан же, стараясь спрятаться за миниатюрной спиной мутанта, держал наготове печать щита.

Когда дверь превратилась в решето, а по ту сторону послышались щелчки отстрелянных магазинов на пять патрон, коими заряжали винтовки, то голос с акцентом скомандовал.

— Хорошо, — прозвучал ответ на чистейшем Галесском.

— Приготовьтесь, — прошептала Алла.

Затем удар ноги, выбившей дверь и, на долю мгновения, мир застыл. Некто Денис, высокий мужчина с револьвером правой руке и разряженной винтовкой, качавшейся на ремне, слепым взором вглядывался во мрак.

За спиной Дениса, по ту сторону тамбура броневагона, на полу лежали четыре тела. Двое с простреленными головами, а двое словно исполосованные невидимым лезвием.

По центру, подвешенный на цепях, висел длинный, простой резной посох.