Матабар III

— Не помогает, да? — Милар, кажется, пытался его отвлечь. — Тогда подумай о чем-нибудь другом, господин маг. О чем-нибудь, что тебя успокаивает и чем-то, что поддается решению.

Ардан решил последовать совету и… действительно начал успокаиваться.

— О чем думаешь? — прищурился капитан.

— О том, что если взять за основу идею печати Элиссаара, то можно попытаться сконструировать, по принципу рунической связи, связь между самими массивами, — Ардан оперся на посох — его все еще немного потряхивало. — К примеру свободный динамическим массив, который станет передавать проанализированные параметры в фиксированный статический, а тот уже и определит правила в свойствах контуров.

Таким образом, в теории, можно избавиться от постоянного пересчета параметров и сократить количество модификаций. Только, вероятно, сложность и энергопотребление подобных печатей увеличится в геометрической прогрессии и…

— Хватит, хорош, — замахал руками Милар, словно пытаясь отогнать от лица надоедливо жужжащего комара.

— Вечные Ангелы. Аверский на тебя явно дурно влияет. Пойдем.

Вместе с Миларом они пересекли площадь и сели в автомобиль, который, сегодня, на удивление, не так уж сильно и пах. Да, он все еще выглядел ржавой развалюхой, слишком часто бывавшей в ремонтных мастерских, где срок жизни старичка пытались продлить дольше задуманного конструктором, но, хотя бы, запах неприятный выветрился.

Капитан, заметив облегченное выражение лица Арда, провел рукой по оплетке дверной ручке.

— Помыл, — с заботой в голосе, словно говорил не о бездушном агрегате, а о живом существе, протянул капитан.

— Пока едем, рассказывай — что там с Молотками и Пиджаками приключилось.

— А может сам догадаешься, стажер-дознаватель? — вернул ему вопрос Милар.

Арди, если честно, гадать и не требовалось:

Милар повернул ключ зажигания, снял автомобиль с ручного тормоза и, резким движением переключая передачу, уже куда серьезней повторил:

Ардан, разумеется, не удивлялся осведомленности Милара.

И, собственно, скрывать каких-то деталей тоже не стал. Юноша начал свой рассказ, а мимо, за окном, проплывали здания, ловящие последние недели неги под укрывшими их снежными одеялами. Людей на улице день ото дня все больше, как, собственно, автомобилей и, казалось, даже пузатых трамвайчиков тоже прибавилось. Вот только небо не радовало.

Пусть зимой оно нависало над горожанами низким и хмурым, совсем не приветливым ликом, но, все же, выглядело чистым и белым.