Матабар III

— Что же, сосредоточие вселенской раздражительности, будьте любезны в салон — расскажете почему вырвали меня из постели в столь, — Милар окинул взглядом улицу. — вот не знаю, ранний это час или поздний.

Закрыв за собой дверь, он, как мог спокойно, рассказал о произошедшем.

Милар, по окончанию повествования, выглядел одновременно удивленным, злым и… снова удивленным.

— Министр внутренних дел, кто-кто… — причмокнул губами капитан. — Разве что его хотят подставить… в любом случае, пришло время напомнить корпусу.

— Проклятье! — хлопнул ладонью по рулю Милар. — Как же меня, если честно, иногда доводит эта твоя манера задавать бесконечные вопросы!

— Примерно так же, как и меня — покупать себе одежду после каждой нашей с тобой встречи, — не остался в долгу Ард. — И не надо уточнять, что сейчас все обстоит как-то иначе… и… ты чего? Ты почему на меня так смотришь?

Милар почесал затылок и неловко улыбнулся. Примерно в той же манере, что и когда решил-таки рассказать напарнику про кафе Эльтир.

— На мне все казенное, — Милар, дернув лацкан черного костюма, пусть и простого, но добротно сшитого, подтвердил догадку Ардана. — Ты не сходил за формой? Ты хоть и стажер, но тебе все равно…

Ард, окончательно потеряв какие-либо моральные силы, молча отвернулся в сторону и расплылся на продавленной спинке диванчика.

Прокашлявшись, Милар открыл бардачок и достал связку сигнальных медальонов.

— Так, это все детали, — скалясь, капитан нажал сразу на несколько «монет».

— О чем? — все же не смог сдержать извечного любопытства Ардан.

Милар совсем недобро сверкнул глазами и жестко произнес:

— О том, что с Черным Домом и нашими людьми шутки плохи.

Не прошло и часа, как по крыше забарабанили тяжелые, пузатые, ледяные капли и мелкая крошка града. Первый дождь этого года пришел в Метрополию. И, рассекая его потоки, сквозь ночь по широкому проспекту летели четыре одинаковые машины.

Редкие автомобили, следовавшие рядом с черными громадами второй канцелярии, резко отпрыгивали в сторону. Напоминали испуганных овечек, слишком близко подошедших к бродившим у края луга, с первого взгляда неприметным, пастушьим псам, готовым немедленно вцепиться в горло любому, кто посягнет на спокойствие стада.