Матабар III

Так же, как он не мог так сказать в отношении Галессцев, составлявших большую часть населения Империи.

— Когда могу ознакомиться? — спросил Арди, убирая документы во внутренний карман пиджака.

— С чем? — с каменным выражением лица вернул вопрос Гуров, хотя явно знал содержание документа.

— Как — с чем? С делом о…

— Кха-кха, — нарочито картинно прокашлялся дворф-полукровка. — С каким-таким делом, господин?

- А-а-а, — протянул Ард, вызывая улыбку на лице собеседника. — Понял… когда работает архив?

— Оставьте заявление у дежурного за неделю до желаемого посещения.

— Спасибо, — слегка склонил голову Ард и снова посмотрел на выставленные костюмы, револьверы и сабли.

— Специальная одежда, — пояснил, наконец, Гуров. — С пассивными щитами Звездной магии и из материалов Лей-флоры и фауны. Выдается, в основном, оперативникам для проведения… столь же специальных операций.

В памяти Ардана всплыла сцена, в которой Катерина спрашивала у Йонатана может ли она воспользоваться, судя по всему, каким-то особым патроном.

— Штучная экипировка, — в голос Дагдага вернулась прежняя гордость. — Для командировок или для Кинжалов.

— Понял, — в тон ему произнес Ардан. — А служебный транспорт полагается?

— Только дознавателя первого ранга.

— Юноша, вам зарплату платят? Кормят? Одевают? Лечат? Вы от Короны чего еще хотите? Чтобы вам попу вытирали и на руках от дома к месту службы переносили?

— Понял, — повторил Ардан.

— Через три недели форму доставит посыльный.

Тот лишь махнул рукой и, вновь широко зевнул, продолжил читать… бульварный дамский роман. Иорский, как казалось Арди, весьма странный человек с совсем непонятными складом ума и характера.

Выйдя на улицу, Ардан увидел, как нужный трамвай подходит к ближайшей остановке. Подхватив посох, юноша стремглав помчался через улицу, попутно извиняясь, если задевал кого-то плечом или краем посоха.

Буквально взмыв на подножку перед самым отправлением, Арди протянул контролеру проездной и, дождавшись пока тот все проверит, отправился на свое излюбленное место.

В самый конец вагончика, где на широкой лавке из-за сильной тряски почти никто, никогда не сидел. И там, расположившись на уже совсем не обмерзшей, деревянной скамье, Арди развернул письмо матушки, задержавшееся в пути.

Успеет прочитать, пока едет к Борису с Еленой.