Матабар III

А затем, все же, поддался искушению и достал вместе с отверткой еще и гримуар, попутно чуть не уронив стоявший на нижней полке странный прибор.

Убедившись, что странная стальная платформа, укрытая стеклянным куполом, не пострадала, Арди, с отверткой и книгой в руках, выпрямился и подошел к источнику света.

Открыв первую страницу, уже вскоре юноша понял, что наткнулся на нечто… непонятное.

Труд явно не был закончен и хранил в своих недрах, скорее, обрывки мыслей, перечень исследований и наблюдений, чем готовое и правильно сформулированное научное изыскание.

Арди, не понимая, что именно он читает, попросту листал страницы, исписанные мелким, рваным почерком.

Скорость света? Кажется, Елена что-то рассказывала о подобных теориях, вычислениях и экспериментах. Промыслова увлекалась наукой и, вроде, собиралась построить свою карьеру именно на этом поприще, но Арди не так хорошо помнил её сложные выкладки, чтобы понять, о чем в гримуаре шла речь.

Ардан, позабыв о печатной машинке, томящейся в ожидании замены чернильной ленты, продолжал вчитываться в записи некоего Старшего Магистра, чьи имя и фамилия не говорили юноше ровным счетом ни о чем.

Ардан поперхнулся и посмотрел за окно, где весенняя буря уже захватила большую часть города. То, что он сейчас читал походило на записки пациента дома душевно больных. И все же, что-то заставляло юношу читать дальше.

Страницы все шелестели и шелестели, а Арди все глубже погружался в чужое безумие. Безумие, которое, судя по датам, оставленным в конце заметок, вычислений и описаний экспериментов, терзало Старшего Магистра Паарлакса на протяжении двух десятилетий.

Арди так и не успел прочитать, что именно Старший Магистр хотел сделать «на сей раз», так как за его спиной раздался легкий, протяжный скрип усталых петель входной двери.

— Да, разумеется, я все еще склоняюсь к мысли о том, что Лей тоже должна быть подвержена энтропии и…

Ардан обернулся. На пороге стоял тот самый начальник, встретивший его пару часов назад, а вместе с ним никто иной, как Ильдар Налимов, «друг» Алисы Ровневой, собственной персоной.

— Эм-м-м, — неловко промычал Арди. — Добрый вечер?

Сам Старший Магистр пытался лицом поспорить в богатстве мимики с опытным лицедеем.