Матабар III

И шестьдесят здоровенных орков хором громыхнули:

Расхватывая оружие, подпоясываясь патронташами и убирая револьверы в кобуры, орки накидывали лохматые шубы и постепенно выходили на улицу.

Ардан уже понадеялся, что о его присутствии все забыли, как Аркар, надевая не по сезону легкую, фетровую шляпу, бросил через плечо:

— Ард, ты тоже с нами.

Арди, хлопая себя по карману, сделал зарубку попросить у Милара медальон, который не только мог получать вызов, но и отправлять оный.

— Быстрее! — гаркнул Аркар, подгоняя верзил в сторону внутреннего двора, где под покрывалами и снегом дремали их автомобили и несколько грузовичков.

Завернув за угол, орки споро скинули покрова с автомобилей и, по четверо ныряя внутрь, завели двигатели. Один за другим автомобили выскользнули на набережную Маркова, покатившись в сторону Кривоводного канала. Позади них недовольно гремел грузовичок, ползущий следом.

Ардан оказался в машине один на один с Аркаром. Какое-то время, пока мимо в темноте проплывали фасады зданий, они хранили молчание.

Арди же размышлял о том, что оказаться участником войны банд не самый приятный подарок ко дню рождения. Но слово назад не вернешь. Дал — держи.

Аркар помог ему с Борисом и теперь, как бы Арди не хотелось оказаться у себя за рабочим столом, он должен был отплатить тем же. Иначе перестал бы себя уважать.

— Ордаргар теряет хватку, — внезапно произнес Аркар.

— Если он так уверен, что нас ведут в ловушку, то зачем в неё запрыгивать, — полуорк круто дернул руль и, подрезая соседнее авто, нырнул в поток.

Зима, постепенно, уступала пышущей жаром и молодостью сменщице — красавице весне. Да, улицы все еще заметал снег, река спала под толстым слоем льда, а народ кутался в теплую одежду. Пройдет еще не меньше семи недель перед тем, как снега сойдут, но ночные морозы уже больше не выли голодным зверьем, а автомобили не глохли на каждом перекрестке.

Движение на проезжей части в последние дни стало куда интенсивней.

— Мы могли бы кликнуть сходку, — скрипел кожаной оплеткой Аркар, сжимавший руль так, словно хотел тот задушить. — Собрали бы всех решал Шестерки. Тот, кто играет против нас, играет против всех. От мысли о таком, что есть тип, настолько безбашенный, что прет на всех теневых, очко, если честно, до точки сжимается. Прут стальной перекусить можно.