Ну да, Атта’нха что-то говорила о том, как речь вампира внушает непроизвольный страх представителям человеческого рода.
— Цасара, — только и ответил Арди, будто это все объясняло.
Он вздохнул и покачал головой. Кто бы мог подумать, что за сегодняшний день ему уже второй раз придется прибегать к науке Эан’Хане.
— Задерните полог, — попросил он. — мне нужна тьма.
— Но вы только что…
— Пожалуйста, — перебил Арди настолько вежливо, насколько это вообще возможно. — Просто делайте, как я вам говорю. У нас не так много времени.
Антон посмотрел на врача и тот едва заметно кивнул, после чего отец девушки все же закрыл полог, крепко затянув шнурки на шторках.
Но как бы не старался Антон, в вагончик все равно проникали лучики света, тонкими полосками прорываясь сквозь прорехи в ткани, через крепления и щели в досках. Так что для глаз простого человека вагончик погрузился в вязкий сумрак, граничащий с мраком, но для Матабар…
Арди, пусть и в серых тонах и не так отчетливо, как при свете солнца, вполне себе все видел.
— Ваши глаза… — прошептал было Март, но осекся и, аккуратно обойдя Арди, взял за плечи Антона и отвернул того в сторону.
Отец девушки был слишком занят состоянием своей дочери, чтобы разглядеть лицо склонившегося над ней мага, так что не заметил немного вытянувшихся по вертикали зрачков и через чур ярко светящейся янтарной радужки.
Именно так, если верить Эрти, Анне и остальным, выглядели глаза Ардана в темноте.
— Потерпи немного, — прошептал он на ухо девушке и принялся за дело."
"И если когда он, неумело, дрожащими руками, расстегивал корсет и распутывал завязки на платье у Анны, то сейчас его пальцы бежали по одежде быстро и ловко; и даже самые тугие пуговицы и самые хитро завязанные шнурки ему не мешали.
Он не испытывал ни малейшего влечения к этому детенышу, так что даже когда следом за иссиня-черным платьем в сторону легла бежевая нательная рубашка, а потом и нижнее белье, то… Ардан лишь отстраненно отметил, что у девушки весьма крепкое тело и не более того.
Аккуратно, стараясь лишний раз не шевелить (насколько это было возможно) больную, он переворачивал её с бока на бок, проводил пальцами по коже, надавливая в тех местах, что казались ему слишком уж припухшими или наоборот — растянутыми.
От каждого движения Эрда начинала стонать и что-то неразборчиво шептать, из-за чего Арди приходилось делать перерывы, чтобы больная могла набраться хоть немного сил.
— Что там…
— Не оборачивайтесь, — судя по звуку Март дернул Антона за плечи.
