— Потому что, разумеется, не совершает никакого еретического обряда и никакой волшбы первородных, что могла бы осквернить девочку. Вы можете быть спокойны на этот счет, Антон.
Отец Эрды закивал и продолжил причитания, в которых Арди теперь смог различить молитвы Светлоликому.
Северяне…
Мысленно поблагодарив Марта, волшебник ловко отрезал клок волос девушки и вернулся к кружке. Он положил локон сверху на второй лист Рассвета Шахаш, а затем, наконец, залил содержимое горячей, но уже не бурлящей, водой.
Если он все сделал правильно, то яд Шахаш должен столкнуться с ядом аконита, и пока те будут заняты друг другом — остальные ингредиенты спеленают их и обернут не во вред, а на пользу.
Взяв в руки кружку, Арди вернулся к больной и склонился над головой Эрды. Он дул на пар так, чтобы девушка могла им надышаться, а затем, зажав той нос, начал постепенно, по чуть-чуть, вливать содержимое кружки в рот.
Процесс занял не меньше четверти часа, и все это время отец девушки не переставал читать молитвы, а Март — крутить свою сигару.
Наконец, когда кружка опустела, Арди попросил отдернуть полог.
— Все будет хорошо, моя родная, — прошептал Антон. — Все будет замечательно… вот увидишь, моя маленькая орхидея.
Когда в вагончик вернулся свет, то всем стало видно, что с лица девушки начала постепенно сходить бледность, а её дыхание слегка выровнялось.
— О Светлоликий! — воскликнул Антон, опустившись без сил рядом с дочерью. — Хвала тебе и Вечным Ангелам, донесшим до тебя мои мольбы… Хвала свету и…
Арди посмотрел на рыдающего отца, прижимавшего к себе дочь и, в этот момент, ему стало немного легче.
И где-то глубоко в сознании картина с продырявленной головой сменилась этим — видом того, как Антон бережно убаюкивал ровно дышащую девушку.
Ардан, не став отвлекать Антона, подошел к Марту.
— Пусть пьет каждые три часа по кружке горячей воды с солью. Если нет соли, то в воду можно добавить немного базилика или тимьяна.
— Найдем соль, — улыбнулся Март.
Арди кивнул и, выйдя наружу, с удивлением обнаружил, что уже почти стемнело.
Маршала нигде не было, как и его лошади, а рядом стояла только Цасара.
— А…
— Кальдрон убедил Йонатана задержаться здесь на еще одну ночь, — вампир, не сводя взгляда с просторов прерий, сходу ответила на незаданный вопрос. — И он этому очень сильно был не рад, но оставим до завтра. А сейчас иди спать, малыш.
— Мне надо…
Арди подошел к своей лошади и заметил, что с седла уже отвязали и небольшую палатку, и спальный мешок.
