Ситуация едва было не вышла из-под контроля, когда кто-то начал запрягать лошадей в вагончик с явной целью сбежать. Но в этот момент его огрел ногой Йонатан, вернувшийся с большей частью Плащей и маршалов.
— Не успеете, — прошипел он, а затем повернулся к подъехавшему к нему Ардану. — Сколько их там, парень?"
"Перед мысленным взором Арди пронеслась сцена ночной степи.
— Четыре с половиной десятка, может больше, — на этих словах все, кто стоял рядом, разом побледнели, а некоторые осенили себя священным знаменем Светлоликого.
— У них армейские винтовки. Из одной такой застрелили Эллини.
— Суки, — прошипел Кальдрон, одной рукой сжимавший поводья, а другой — револьвер.
Йонатан переглянулся с Цасарой и тут же начал отдавать команды.
— Оставляйте вагоны и дилижансы! — кричал он зычным, командным тоном. — Бросайте имущество! Хватайте детей и поднимайтесь на холм. Мужчинам, кто не ссыт — занимайте круговую оборону за укрытиями! За вашими спинами — ваши семьи!
На миг опешившие переселенцы застыли в дурацких позах, но их привел в чувства выстрел револьвера Цассары.
— Быстрее, смертные, — произнесла она легко и спокойно, но из её рта словно вырвалось облачко тьмы, разом раскинувшееся широкими крыльями, укрывшими границы холма и стоявший вокруг него лагерь.
Как если бы вокруг них возникла стена из черного тумана.
Даже зрение Арди, куда лучше простого человеческого, оказалось не в силах пронзить завесу.
Выстрелы с той стороны тут же прекратились. Видимо и орки не видели, что творилось по эту сторону.
А творился пусть и куда меньший, но все еще бардак. Женщины несли плачущих детей на холм, те что-то кричали и тянулись к отцам. Отцы, в свою очередь, выкладывая перед собой револьверы и патронаши, забирались на крыши вагончиков или под дно дилижансов и пытались унять руки, водящие перед их лицами мушки словно танцующих карабинов.
Арди их не винил.
Он и сам, наверное, если бы не терзавшее его сознание сцена прошлого, попытался бы спрятаться как можно дальше и глубже.
Степные орки бандиты — последнее из списка того, с чем бы хотел встретиться любой путешественник в этих краях.
И, пожалуй, первое по смертоносности.
— Ну, теперь мы знаем, кто ранил Шагальщика, — сплюнул Йонатан и повернулся к Кальдрону. — Бери своих людей, старик, и поднимайтесь с ними на холм. Если прорвутся через баррикады — стреляй. Если совсем хреново будет — то сперва стреляй в женщин.
На этих словах Кальдрон едва воздухом не подавился.
— Это Шанти’Ра, — процедил Йонатан.
