Испанец указал напарнику на очередную жертву и хотел было метнуть нож, сразив террориста ударом рукоятки в затылок, но Владимир остановил его руку, отрицательно покачав головой. Хосе нахмурился.
Владимир ткнул пальцем в направлении столовой, затем кивнул на стальную леску, опоясывающую правый кулак Альвареса. Хосе выразительно постучал по циферблату часов. Дескать, теряем драгоценные секунды. Но Локис вновь покачал головой. Он настаивал на своем, более безопасном и, соответственно, менее рискованном плане. Хосе вынужден был сдаться.
Раздраженно кивнул, убрал нож и быстро размотал «удавку». Владимир слегка подтолкнул напарника в спину, заставляя его поторопиться.
Хосе больше не стал медлить. Отлепившись от дверного косяка и одновременно держа в поле зрения как спину неприятеля, так и проем, ведущий в столовую, он двинулся на иранца. Тот продолжал пить, склонившись над краном, жадно хватая губами воду. Приближение Хосе осталось для террориста незамеченным. Сплюнув в раковину и слегка ополоснув лицо, человек с динамитным поясом выключил воду и нагнулся за своим автоматом.
Еще секунда, и он должен был обернуться.
Хосе отделяли от противника буквально три-четыре шага. Он прыгнул вперед подобно пантере, не позволяя иранцу коснуться приклада «узи», и ловко набросил «удавку» на шею жертвы.
Краем глаза покосился в сторону столовой. Теперь он мог видеть двух девочек, стоящих с краю в общей шеренге заложников, – одну помладше, другую постарше. И при этом у обеих были красные, воспаленные от слез глаза.
Нет, они не рыдали в голос, но Хосе готов был поклясться, что щеки обеих девочек все еще влажные. Сердце профессионального наемника болезненно сжалось. Он мысленно представил, что пришлось пережить этим двум девочкам, так же, как и всем остальным воспитанникам детского приюта Marнa del Amparo, за последние несколько часов, – страх, неопределенность, чувство обреченности.
Хосе сильнее сдавил горло захваченного им противника, не позволяя тому вырваться из плена. Террорист захрипел.
Желание задушить этого мерзавца было слишком велико, но Альварес сдержался. Почувствовав, что иранец перестал биться под его хваткой, Хосе ослабил натяжение стальной лески. Коротко нанес удар пальцем под основание черепа. Вновь взглянул в направлении столовой. Девочки не смотрели в его сторону. Их внимание было приковано к людям в черном, в данный момент находящимся вне поля зрения Хосе.
Испанец слегка сместил взгляд в строну и заметил на полу лужу крови.
