Отхожу к какому-то постеру и силой заставляю себя смотреть только на красочную картинку. Хотя словно магнитом тянет проверить, в очереди ли Стас.
– Вот, знакомься, это Саша. Но я зову ее лисица, – оборачиваюсь на знакомый голос.
Аверин стоит, а в одной руке у него огромная коробка с попкорном, а второй держит за ладошку какого-то пацаненка. На вид мальчишке лет семь, не больше. Глаза испуганные и растерянные. На голове светлые кудряшки и сам он такой плюшевый и милый.
Нельзя не расплыться в улыбке.
– Стас, ты где взял мальчишку? – очаровашка рассматривает меня и жмется к Аверину.
Они знакомы меньше минуты, а я, девушка, вызываю у него страх, нежели большой и страшный почти мужик. Ну, не такой уж и страшный, конечно…
– Мальчишку зовут Василий, и он потерялся. На какой, говоришь, мультик пришел?
Мажор разговаривает с Васей как взрослый. И у меня в груди привычное тепло растекается, когда я вижу Стаса таким.
Еще сильней в него влюблюсь. Мужчина, уверенно общающийся с ребенком, это афродизиак для женщины любого возраста.
А на меня этот афродизиак действует с удвоенной силой, потому что это Стас Аверин. Мажор, эгоист, циник, самоуверенный тип, ценящий только себя и свое время.
Сейчас он о чем-то переговаривается с пареньком и помогает ему найти зал, а заодно и родителей, которые наверняка его уже обыскались.
– Что? – не выдерживает и спрашивает, когда мы все же отвели парня к его маме с папой. Тут же смущаться начинает.
– Не думала, что ты можешь общаться с детьми.
Удивляешь меня, мажор.
Стас отводит взгляд в сторону.
– Они прикольные. Ну, дети в смысле.
– У тебя есть брат? Сестра?
Аверин отрицательно качает головой. До сих смотря куда угодно, но не на меня. Ему этот разговор, кажется, побоку, неинтересным, но Стас по каким-то причинам вынужден отвечать на мои любопытные вопросы.
– И у меня…
– В центре, где я занимался карате, были мальчишки разных возрастов, а раздевалка для всех одна. Не да нет, но приходилось пересекаться с малышней.
Их много, они галдят, о чем-то вечно спорят. Плачут… И дерутся, – Аверин оживает.
Мне уже не хочется никакое кино. Только стоять рядом со Стасом и слушать о его жизни. Реальной жизни без притворств, масок и игр.
Не понимаю, что именно заставило Стаса приоткрыться мне, но то, что сейчас происходит, вынуждает ликовать.
– Расскажи еще что-нибудь о себе, – почти умоляю.
Мы проходим в зал, садимся. Все вокруг теряет для меня свою значимость.
